Гроза ада (БЕСсильный чемпион) [Компиляция 1-7]

— Короче, — прерываю я этот концерт. — Никого не скидываем, пока сам не решу, — перевожу взгляд на актрису на коленях. — Отвечай на вопросы. Вы подстроили нападение на госпиталь, чтобы мы прилетели вас спасать?

Мишель мотает головой так бешено, что еще немного и она сорвется с шеи. Водопад черных волос разбрасывается по хрупким плечам.

— Нет! — вскрикивает девушка. — Мы двигались в сторону крепости Алмак, чтобы попасться тебе на глаза. Нападение не их затея.

— Врет, — делает вердикт Ясна, и снова многозначительно показывает на дверь.

— Не их? — хватаюсь за слово. — Кого не их?

Латинка опускает мокрую мордашку:

Ну, конечно! Как же не узнать почерк Сербины. Грубый натиск из сисек, и любой враг падет. А если нет — значит, было мало сисек.

— Градгроба в жопу… — ругаюсь я.

— Кого? — хлопает глазами Бестия.

— Неважно, — я смотрю на латинку. — Чем тебя и остальных девушек прижали? — на ее удивленный взгляд поясняю. — За деньги вы бы вряд ли сунулись на Ближний Восток, так? Значит, дело не в прянике, а в кнуте.

Актриса приоткрывает алый ротик. Видимо, чтобы заявить какую-нибудь глупость о моей уникальности. Вздохнув, я тянусь к ручке двери, и девушка дергается:

— Всё! — она опускает взгляд и сутулится. — У каждой девушки своя причина быть здесь. Компроматы, жизни родственников, санкции по подписанным контрактам. Поводки разной расцветки, но всегда короткие. В той или иной мере «Идиома» слепила наши карьеры. Корпорация владеет всеми нами. А теперь владеешь и ты.

Гаремник в полевых условиях? Такие перспективы меня совсем не прельщают.

— Конкретно у тебя какая причина продавать себя?

— Брат, — говорит Мишель, поджав губы. — Больной младший брат. Его поразила мозговая нейронная атрофия. Целители не способны ее вылечить, не повредив непроизвольную память. Лекарство, стоимостью больше десяти миллионов рублей, разрабатывает одна-единственная фармацевтическая компания.

— Разве для тебя это большие деньги? — закатывает глаза Бестия.

— Дело не в деньгах, — горько усмехается латинка, и салон погружается в полумрак.

— А если я вас нафиг пошлю?

Мишель сдерживает хрип в горле.

— Мой братик превратится в живую куклу без памяти, — роняет она. — У многих других девушек контракт также повязан на жизнях родственников.

Только невинных жертв мне еще не хватало.