Мо Жань украдкой посмотрел на него, и тут же его душа воспарила, а в голову полезли крамольные мысли. Этот юноша действительно был так прекрасен, что при взгляде на него дух захватывало.
Ши Мэй мягко поприветствовал:
— Молодой господин.
Сюэ Мэн чуть кивнул:
— Уже вернулся? Смог надлежащим образом решить вопрос с детьми-медвежатами?
Ши Мэй улыбнулся:
— Да, самым надлежащим образом. К счастью, мне повезло встретить А-Жаня, и это очень помогло.
Сюэ Мэн как ножом полоснул презрительным взглядом по Мо Жаню и тут же отвернулся.
По хмурому выражению и брезгливой гримасе на его лице можно было подумать, что этим мимолетным взглядом он испачкал глаза.
— Ши Мэй, иди к себе, отдохни. Впредь тебе лучше не путаться с этой бесчестной тварью[20]. Ничему хорошему он тебя не научит.
[20] 偷鸡摸狗 tōujī mōgǒu тоуцзи могоу «воровать кур и тискать собак» — обр. в знач.: воровать и прелюбодействовать; вести бесчестный образ жизни; заниматься втихую любовными делами (с замужними партнерами); 东西 dōngxī дунси «восток и запад» — нечто; бран.
дрянь, сволочь, гад, тварь.
Мо Жань не остался внакладе и со смехом сказал:
— Если Ши Мэй научится у меня плохому, то, значит, от тебя он узнает что-то хорошее? Наверное, как среди ночи, разрядившись в пух и прах, самовлюбленно трясти хвостом перед главными воротами? Любимец Небес… ха-ха-ха, а я-то подумал, что за девица цепляет носом Небеса?
Сюэ Мэн тут же пришел в ярость:
— Мо Жань, закрой свой грязный рот! Это дом моей семьи! А ты здесь кто?
Мо Жань охотно пояснил:
— Я — твой старший двоюродный брат, и, раз пошел такой разговор, то по статусу я выше тебя.
Выражение лица Сюэ Мэна стало таким, словно ему в лицо бросили собачьи какашки. Морщась от отвращения, он резко ответил:
— Кому нужен такой двоюродный брат?! Сколько не посыпай себя золотом, в моих глазах ты лишь грязная псина, выбравшаяся из выгребной ямы!
Это было любимое ругательство Сюэ Мэна — собака, сученок, дворняжка, сукин сын, псина, псина, псина, псина… Каждый раз он выкрикивал одни и те же бранные слова и, надо признать, достиг в этом определенного мастерства.
Мо Жань уже давным-давно привык к этому и просто пропустил его оскорбления мимо ушей, но стоящий рядом Ши Мэй почувствовал себя неловко и шепотом принялся увещевать его. В конце концов, Сюэ Мэн, надменно фыркнув напоследок, захлопнул свой благородный клюв.
