Его ленивый и пренебрежительный взгляд вдруг стал острым и замер на лице Сун Цютун:
– Это костяная рабыня или прекрасная костяная бабочка?
В мире совершенствующихся существовало только две причины, по которым люди могли продаваться на торгах: они были или прекрасными костяными бабочками или костяными рабами.
Костяные рабы были потомками людей и демонов. Люди боялись их темной природы, поэтому, обнаружив полукровок, они уничтожали их истинную сущность, поставив между лопаток ограничивающее магию клеймо, и превращали их в слуг.
Но лишенные магии костяные рабы не представляли никакой особой ценности, поэтому не стоили дорого. Обычно их использовали в качестве прислуги в крупных орденах, или богатые торговцы покупали их для сексуальных утех. Палата Сюаньюань обычно не связывалась с такими второсортными товарами.
Кончено же, Е Ванси не стал лгать:
– Она – прекрасная костяная бабочка.
Наньгун Сы заинтересовался, обошел Е Ванси по кругу, подошел к Сун Цютун и придирчиво осмотрел ее так, будто разглядывал залежалый товар на прилавке.
Наконец, нахмурившись, он спросил:
– Почему она хромает? Бракованный товар?
– Когда ее поймали, девушка была ранена, а перед торгами ее опоили наркотиком. Она еще не оправилась до конца, – Е Ванси немного помолчал, перед тем как сказать: – Поэтому мы и не могли отправиться дальше и хотели остановиться здесь на ночь.
Наньгун Сы промолчал. Он прищурился, а потом внезапно наклонился к шее Сун Цютун и принюхался. Все его движения напоминали повадки дикого волка.
Сун Цютун побледнела от испуга. Она замерла на месте, вцепившись в юбку, и, казалось, в любой момент могла потерять сознание от страха.
– Пахнет как обычный человек, – Наньгун Сы почесал нос и чихнул. – И еще какими-то благовониями...
Махнув рукой, он небрежно спросил:
– И сколько это стоило?
– Пятьдесят миллионов.
– Серебра?
– Золота.
Глаза Наньгун Сы ошеломленно распахнулись:
– Е Ванси, ты с ума сошел? Знаешь, сколько жерновов нужно расплавить, чтобы получить пятьдесят миллионов золотых.
А ты купил мне женщину? Думаешь, деньги ордена Жуфэн можешь тратить как свои?
– Я не тратил деньги ордена, – чуть помедлив, ответил Е Ванси. – И она куплена не для тебя.
– Ты! – только остывший гнев вспыхнул вновь, и лицо Наньгун Сы стало похоже на оскаленную морду леопарда. – А ты хорошо устроился!
Он повернул голову к Сун Цютун, но чем дольше смотрел на нее, тем меньше ему нравился ее вид и особенно вуаль, закрывающая лицо.
