Учить Мо Жаня было похоже на дрессировку глупой собаки. Но что делать, если натворив дел, этот хитрый щенок, вскинув голову, заискивающе смотрит на тебя?
– Одевайся, мы уходим. Пора возвращаться в наш орден, – сказав это и взмахнув рукавами, он поспешно вышел из-за ширмы.
Там, где Мо Жань уже не мог его видеть, он покраснел.
Стремительно сбегая, Чу Ваньнин и не заметил растерянный, полный тоски жадный взгляд, буравящий его спину до тех пор, пока он не скрылся из вида.
В этот момент смущенная улыбка исчезла с лица Мо Жаня, превратившись в свирепый оскал.
Раздосадованный, он ударил по воде и остервенело потер еще мокрое лицо.
Какого черта?
Что творится с ним сегодня?
Я ведь просто увидел его, просто поднял руку и коснулся его лица.
Желание, которое он с таким трудом подавил, снова подняло голову.
– Почему ты так долго одевался? – нетерпеливо упрекнул его Чу Ваньнин, отворачиваясь от открытого окна. Его одежда развевалась на сквозняке, черные пряди липли к нефритово-белым щекам.
Мо Жань откашлялся и пробормотал:
– Я сушил волосы заклинанием. Нужно быть аккуратным с такого рода магией, поэтому получилось немного медленно. Простите меня, Учитель.
Мо Жань редко вел себя так вежливо. Чу Ваньнин посмотрел на него с удивлением:
– Раз ты закончил мыться и причесываться, собирай уже свои вещи. Мы возьмем напрокат магическую лодку. Я не хочу лететь на мече и порядком устал от конных прогулок. Путешествие по воде сейчас будет самым лучшим вариантом.
– О, хорошо, – Мо Жань так и не осмеливался взглянуть на него, только еще раз незаметно откашлялся.
Чу Ваньнин нахмурился:
– Что случилось с твоим горлом?
– Ничего.
Они собрали вещи, купили в магазине провизию в дорогу и отправились на пристань, чтобы зафрахтовать лодку.
Лодка шла по реке Янцзы, а когда это стало невозможно, подняла их в небо на своих деревянных крыльях. Хотя этот способ передвижения нельзя было назвать самым быстрым, он позволял путешествовать в тишине и комфорте.
Через восемь дней деревянная лодка остановилась перед горными вратами. Они, наконец, прибыли на Пик Сышэн.
Мо Жань поднял бамбуковую занавеску, чтобы Чу Ваньнин мог покинуть каюту, а затем последовал за ним. Была уже поздняя ночь, и луна висела высоко в небе. В своем последнем письме Старейшина Юйхэн попросил Сюэ Чжэнъюна не посылать никого им навстречу, поэтому они вдвоем поднялись по лестнице и встретили четырех привратников у главного входа.
