Ожившие трупы, услышав ее призыв, бросились к резиденции Чэнь.
Мертвецы накатывали подобно волнам, что бросает на скалы штормовой ветер. Боевой клич из сотен глоток в одно мгновение разнесся на сотни ли и был слышен как внутри барьера, так и вне него.
За пределами барьера многих совершенствующихся охватил священный ужас.
Внутри же барьера Чу Ваньнину оставалось только сражаться.
Тень человека, одинокий дух, одетый в белое, против Ло Сяньсянь и тысяч злых духов. Она дико хохотала, ее глаза были полны безумия и злобы.
Но этот стойкий, как бамбук, благородный человек, даже услышав ее приказ мертвым, не изменился в лице. Лишь нахмурились брови, и глаза словно заволокло туманной дымкой.
– Ло Сяньсянь, помнишь ли ты, что говорила мне?
– Хм? – казалось, она не ожидала, что в такой ситуации он будет требовать от нее ответа, и это несколько сбило ее.
Пока Ло Сяньсянь думала над ответом, Чу Ваньнин бросился к центру резиденции Чэнь. Его белоснежные шелковые сапоги опустились на черные плитки черепицы из сандалового дерева.
– Ты говорила, что никогда не хотела стать злым духом и причинять вред людям.
Когда звук его голоса стих, порыв сильного ветра чуть не сбил его с ног.
Чу Ваньнин поднял голову и посмотрел на черное море трупов, хлынувшее со всех сторон. Чуть нахмурив брови, он взмахнул рукавом. Одежды единственной живой души в городе Цайде затрепетали на ветру, когда в руке его вспыхнуло золотое пламя.
– Прости.
Реки крови хлынули по улицам города Цайде. Усеянная трупами земля растрескалась, и десятки тысяч горящих золотым светом ветвей вырвались наружу. Словно цепи, они опутали и сковали всех живых мертвецов, запечатав их дух.
Чу Ваньнин стоял, закрыв глаза, его длинные волосы развевались на ветру, то и дело скрывая белое как снег лицо.
– Тяньвэнь, Десять тысяч гробов, – тихо сказал он, открывая глаза, в которых полыхали молнии.
Теперь неисчислимые ярко пылающие ветви, поймав оживший труп, увеличивались в размерах и засасывали мертвое тело, заключая его в подобие деревянного гроба.
Это была боевая техника Тяньвэнь «Десять тысяч гробов».
Самое большое дерево выросло в центре двора поместья Чэнь. Со скоростью ветра гибкие ветви пытались ухватить ловко уворачивающуюся Ло Сяньсянь.
Душа девушки была воплощена в ветви Чжайсинь Лю, который так же, как Цзяньгуй и Тяньвэнь, был частью единого целого.
