"
"Когда старейшина Юйхэн брался за плеть, он отбрасывал все манеры благородного человека, и ему было все равно, парень перед ним или девушка. Так что, кроме красивого личика, ничего хорошего в нем не было… Именно такую оценку Чу Ваньнину дали ученики духовной школы Пика Сышэн.
Младший ученик, который принес послание, сочувственно смотрел на Мо Жаня. И хотя он пытался сдержаться, но все же не выдержал:
— Брат-наставник Мо…
— А?
— Характер старейшины Юйхэна настолько плох, что все люди, которые входили в Павильон Алого Лотоса, обратно могли только ползти.
Слушай, может тебе сказать, что твои раны еще не зажили, и попросить старейшину Юйхэна позволить тебе мыть посуду в Мэнпо, а?
Мо Жаня искренне тронуло милосердие этого младшего брата, но все же он был вынужден отказаться от его идеи.
Просить Чу Ваньнина?
Ну уж нет! Меньше всего ему хотелось, чтобы его опять отходили Тяньвэнь за вранье.
Поэтому он с большим трудом натянул одежду и, еле волоча ноги, неохотно поплелся на Южную гору Пика Сышэн.
Вокруг обиталища Чу Ваньнина, известного как Ад Алого Лотоса, куда ни кинь взгляд, не было видно ни единой живой души.
Никто не хотел находиться рядом с тем местом, где он живет. Дурной характер и непредсказуемый темперамент Чу Ваньнина привели к тому, что большинство людей в ордене старались держаться от него как можно дальше.
Мо Жань немного нервничал, ведь он не знал, какое наказание придумал для него Чу Ваньнин.
Погруженный в невеселые мысли, он сам не заметил, как миновал рощу очень высокого и густого бамбука и перед его глазами предстал участок пруда, на котором произрастало множество прекрасных алых лотосов.
Этим ранним утром только поднявшееся на востоке солнце заткало все облачное небо огненной парчой и, отразившись от спокойных вод пруда, щедро одарило своим сиянием алые лотосы, дополнив их природную красоту неземным мерцанием.
Извилистая галерея вела к притихшему надводному павильону, спрятавшемуся за выступающей скалой с водопадом. Похожие на хрусталь мельчайшие капли воды звонко бились о камни, превращаясь в поднимающуюся к небу подсвеченную солнцем алую дымку. Все это придавало умиротворяющей атмосфере этого места какое-то особое очарование.
Но отношение Мо Жаня ко всему этому можно было выразить как: «Фу!».
