Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Золотой свет Тяньвэнь опасно усилился, плеть удлинилась на несколько десятков метров, превратившись в золотой вихрь. Этот воздушный водоворот втянул в себя все вокруг: призраков, трупы, Золотых мальчиков и Нефритовых девочек и даже рычащую призрачную покровительницу браков. Яростный танец Тяньвэнь превратил все живое и мертвое в мельчайшую пыль. «Ветер» крушил все без разбора: даже траву и деревья в радиусе действия техники вырвало с корнем, а Чу Ваньнин стал центром этой сверкающей золотой бури. На какое-то время небо потемнело, а затем пыль осела.

Призраки, гробы и мертвецы — все исчезло. Остались только плывущие по ветру листья ивы. Никого и ничего, кроме окутанной трепещущим алым одеянием фигуры. Земля вокруг стала белой от раздробленных костей, и Чу Ваньнин возвышался посреди этой пустоши, как цветущий красный лотос над гладью воды, как упавший на снег цветок крабовой яблони. И лишь Тяньвэнь божественной золотой змеей вилась и сияла у его ног.

Похоже, Чу Ваньнин и правда был очень осторожен, когда наказывал учеников ордена.

Случившееся сейчас было более чем наглядной демонстрацией того, что если бы он захотел, то точно мог в одно мгновение стереть в порошок каждого из провинившихся тогда на Платформе Шаньэ.

Золотой свет постепенно угасал. Тяньвэнь превратилась в сверкающую звездную пыль и спряталась в ладони Чу Ваньнина.

Он глубоко вздохнул, нахмурил брови и, превозмогая боль в раненом плече, медленно пошел к своим ученикам.

— Как Ши Мэй? — спокойно спросил Чу Ваньнин

Мо Жань посмотрел на лежащего у него на коленях, все еще не пришедшего в себя красавца Ши Мэя.

Тот все еще не очнулся, дышал неглубоко, а щеки и руки его были холодны. Эта сцена слишком напоминала кошмар, от которого Мо Жань не мог убежать даже после смерти.

В тот раз Ши Мэй тоже вот так лежал у него на руках. А потом его дыхание стихло навсегда...

Чу Ваньнин наклонился, чтобы прощупать пульс и сонную артерию сначала госпожи Чэнь, а потом Ши Мэя.

Нахмурившись, он пробормотал:

— Хм? Неужели такое тяжелое отравление?

— Яд? Разве вы не говорили, что беспокоиться не о чем? Разве не утверждали, что они просто под гипнозом?

Чу Ваньнин нахмурился:

— Призрачная покровительница браков использовала аромат благовоний для погружения людей в свой иллюзорный мир, а это тоже своего рода яд.

Я предполагал, что столкнусь с незначительным отравлением, но не ожидал, что все будет так серьезно.

Мо Жань: — …

— Давай сначала отвезем их в резиденцию Чэнь.