Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Увидев, что Мо Жань, кажется, охвачен искренним беспокойством, Сюэ Мэн побагровел и гневно крикнул:

— Если ты опять собираешься на глазах у всех говорить непристойности Учителю, я прямо сейчас язык тебе вырву!

Мо Жань тут же прикрыл рот ладонью и замахал другой рукой:

— Не надо! Не нужно мне ничего вырывать! Если Учитель снова свяжет меня своей лозой, в доказательство своей непорочности я тут же покончу с собой[7.12].

Рано утром[7.13], согласно установленному порядку, Мо Жань был сопровожден для разбирательства на Платформу Шаньэ.

Стоя на помосте, куда бы ни упал его взгляд, он видел беспокойное море из людей, одетых в темно-синюю с серебряной оторочкой форму и почти черную легкую броню учеников Пика Сышэн. На утреннем солнце, словно блики на воде, сверкали наручи и форменные пряжки на ремнях в виде львиных голов."

"Мо Жань стоял на коленях на высоком помосте и слушал, как старейшина Цзелюй[7.14] зачитывает длинный список его прегрешений:

— Ученик старейшины Юйхэна, Мо Вэйюй, не соблюдал законы, не слушал наставлений, не следовал правилам внутреннего распорядка[7.

15] и утратил моральные принципы. За нарушение четвертой, девятой и пятнадцатой заповеди, согласно внутренним правилам ордена, ему назначено восемьдесят ударов палкой, сто раз переписать Правила, а также месяц запрещено покидать школу. Мо Вэйюй, у тебя есть возражения?

Мо Жань взглянул на фигуру в белом вдали.

Ну конечно, на всем Пике Сышэн был только один старейшина, которому было позволительно не носить синюю с серебряной отделкой форменную одежду.

Чу Ваньнин явился одетым в белоснежные атласные одежды, поверх которых была тончайшая накидка из серебристого шелка, сияющая на солнце, словно иней с Девятых Небес. В подобном облачении его учитель еще больше напоминал спустившегося на землю бесстрастного и холодного небожителя, чуждого этому миру. Он сидел довольно далеко, так что Мо Жань не смог ясно разглядеть выражение его лица, но был совершенно уверен, что на нем сейчас нет и тени эмоций.

Глубоко вздохнув, Мо Жань ответил:

— Нет возражений.

Следуя регламенту, старейшина Цзелюй спросил собравшихся на площади учеников:

— Если кто-то не согласен с вынесенным решением или ему есть что добавить, говорите сейчас.

Собравшиеся внизу ученики топтались в нерешительности, обмениваясь растерянными взглядами.

Никто из них и представить не мог, что старейшина Юйхэн в самом деле способен отправить своего ученика на Платформу Шаньэ для публичного наказания.