Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

6].

Ши Мэй удивился:

— Это свадебная процессия? Но почему ночью?

— Это посмертная свадьба[10.7], — ответил Чу Ваньнин.

Посмертную свадьбу, называемую также «призрачной свадьбой» или «браком для трупов», было принято проводить между рано отошедшими в мир иной неженатыми юношами и незамужними девушками. Такой брак был обычным делом в бедных поселениях, где люди мерли как мухи, не дожив до зрелости. Учитывая, насколько процветающим городком был этот Цайде, найти за небольшую плату посмертного супруга или супругу не составляло особого труда и было самым обычным делом.

Брачная процессия была разделена на две шеренги: в одной люди несли полотна натурального шелка и парчу, а в другой — пачки ритуальных бумажных денег и бутафорские золотые слитки. Между этими шеренгами восемь крепких мужчин несли большой паланкин, оформленный в красных и белых тонах. Освещенная золотыми фонарями огромная вереница людей медленно покидала пригород.

Мо Жань и его спутники натянули поводья и прижались к обочине, чтобы пропустить процессию посмертной свадьбы.

Когда паланкин приблизился, стало видно, что внутри сидит не живая женщина, а призрачная невеста из папье-маше. На ее щедро напудренном «лице» выделялись ярко-алые губы и две красные полоски на щеках, отчего нарисованная улыбка казалась пугающей зловещей усмешкой.

— Что за дурацкий обычай у людей в этом поселении? Бросают деньги на ветер, — прошептал Мо Жань.

Чу Ваньнин ответил:"

"— Люди Цайде очень серьезно относятся к геомантии[10.8] и считают, что в семье не должно быть одиноких могил, иначе одинокие души не смогут обрести покой и будут приносить несчастья в отчий дом.

— …Но ведь это пустое суеверие?

— Горожане искренне верят в это.

— Ох, ну да. Цайде существует уже несколько сотен лет, и если я попробую сказать, что то, во что они верят — всего лишь суеверие, думаю, они просто не смогут этого принять.

Ши Мэй очень тихо спросил:

— А куда направляется эта процессия посмертной свадьбы?

Чу Ваньнин ответил ему:

— Только что мы проезжали мимо местного храма.

На входе нет статуи святого, над воротами наклеена надпись «двойное счастье[10.9]», а алтарь для подношений завален красным атласом, поверх которого, кажется, были надписи «брак, освященный Небесами», «гармоничный брак в загробном мире» и в том же духе. Думается мне, именно туда они и идут.

— Я тоже заметил тот храм, — задумался Ши Мэй. — Учитель, вы думаете, здесь поклоняются призрачному распорядителю церемоний?

— Верно.