В глазах Мо Жаня силуэт Сюй Шуанлиня постепенно размывался и, в конце концов, он перестал видеть наполовину сгнившего человека на последнем издыхании.
Сквозь Сюй Шуанлиня он видел тень другого мужчины, с жемчужным венцом на голове и одетого в расшитое золотом черное одеяние. Он увидел Наступающего на бессмертных Императора — самого себя из прошлой жизни.
— По пути сюда мы встретили Наньгун Лю. Он называет тебя Ваше Величество. Ты сам себе пожаловал титул наместника богов на земле, — сказал Мо Жань. — Здесь, в храме Тяньгун, ты, наконец, можешь вершить небесный суд.
Теперь то, что ты считаешь правильным, будет считаться правильным, а то, что тебе не по нраву — достойным порицания; казнить или помиловать — все теперь в твоих руках. Это и есть твоя справедливость?
Какое-то время Сюй Шуанлинь молчал, а потом на его лице появилась кривая усмешка.
В этот момент, глядя на него, Мо Жань видел ледяную усмешку на безжизненно бледном красивом лице Наступающего на бессмертных Императора.
— Ну и что с того? Ты же знаешь, что я тоже когда-то верил в справедливость и благородство людей — и каков результат?
С горящим взглядом, он начал медленно расхаживать перед формированием, образованным пятью божественными оружиями:
— Это вы почитаете труса как героя, а героя топчете ногами.
Это вы относитесь к тяжелому труду, как к навозу, и возносите дерьмо на алтарь для поклонения. Это вы принимаете лесть за дружелюбие, а гордость за высокомерие… именно вы виноваты в сотворенном мною зле, потому что именно вы столкнули меня в эту трясину! После того как без доказательств меня обвинили во множестве грехов, вы говорите, пусть старший и младший братья не выносят сор из дома, пусть пьют до дна подброшенную нами чашу с ядом.
Даже если я без вины опозорен и унижен, вынужден скитаться без еды и крова... это все мои личные проблемы. Что бы ни случилось, я не должен держать обиды и изливать свой гнев на невинных людей!.. Ха, какая же смешная шутка!
Мо Жань видел, как холодная усмешка Наступающего на бессмертных Императора становится все шире, превращаясь в злобный оскал.
— Конечно, можно перед всеми говорить красивые речи, но никто не сможет понять меня, пока не окажется в ситуации, когда ты ни в чем не виноват, а тысячи людей презрительно тычут в тебя пальцем. Что до меня, то я всего лишь пытаюсь найти свой путь к всемирной справедливости.
— ...К всемирной справедливости? — стоя напротив Наступающего на бессмертных Императора, Мо Жань задал этот вопрос именно ему.
