Ходящий в сны

Дверь снова отворилась. В комнату вошла эльфийка, но на этот раз - другая. Ее хьяллэ было черным, только по краю рукавов и подола шел орнамент из языков пламени. Волосы цвета спелой пшеницы рассыпались по подолу, а голубые глаза с интересом смотрели на Хайена поверх черного веера, украшенного все теми же языками пламени.

Юноша поспешно встал, отвесил поклон и пробормотал положенное приветствие, самое длинное и пафосное, которое смог вспомнить. Эльфийка заперла за собой дверь заклинанием и задумчиво обошла вокруг Хайена.

Его рассматривали, как диковинную зверушку, и это неимоверно раздражало. Но юноша натянул на лицо улыбку и попробовал завести знакомство.

– Хайен Ар-Раллеори, - официально представился он.

Эльфийка фыркнула и снисходительно ответила:

– Линьериссиэль хаа Лларион Лэ.

Хайен вытащил из памяти еще пару вежливых эльфийских фраз, но сказать ничего не успел. Взгляд новой знакомой стал злым и колючим, а затем она взмахнула веером. Плечо и живот Хайена пронзила боль, которая тут же сменилась онемением.

Юноша скосил глаза и увидел тонкую и длинную иглу. Яд? Его отравили? Затем он посмотрел на эльфийку и понял - на этот раз его пришли убивать.

Глава 28. Ночное нападение

Хайен почувствовал, как изнутри поднимается темная волна и мечется в поисках выхода. Он нашел в себе силы выдавить на эльфийском:"

"– Что я тебе сделал?

– Уже ничего не сделаешь, - ответила она. - Ни мне, ни моим детям, которые служат вашему королевству.

– Детям? - переспросил Хайен, отступая к стене и пытаясь вытащить иглу из плеча.

Но пальцы не слушались. А эльфийка сложила веер и продолжила:

– Да. Они родились с даром ищейки. Таким, как они, не сидится на месте. Они ушли служить людям… И я не могу позволить, чтобы рядом с ними был ты.

“Детям? - подумал Хайен. - Эльфы-ищейки… Тройняшки? Это что мать Идрес?!”

В следующий миг в ее руках вспыхнуло пламя. Хайен смотрел в голубые глаза и не видел в них ни капли сожаления или хотя бы сомнений. Его пришли убивать только из-за наличия силы, которой эльфы боялись.

Юношу захлестнула ярость. Шевелиться он почти не мог. А значит, не хватит скорости, чтобы защититься с помощью целительской магии. Поэтому юноша инстинктивно потянулся к той силе, которая никогда его не подводила. Темная волна с готовностью откликнулась, но проклятые браслеты мешали. Жар пламенного заклинания опалил лицо юноши, и в тот же миг цепочки на его запястьях лопнули.

Черные плети мгновенно обвили тело Хайена, защищая от пламени.