Ходящий в сны. Том 2

Росчерки складывались в сложную конструкцию, которая постепенно стала похожа на купол. Взмахом руки Вин открыл дверь и вышел в коридор. Адепты последовали за ними, Идрес замыкала шествие.

Коридоры Обители были безмолвны. Хайен почти не смотрел по сторонам — слишком волновался о предстоящем деле. Ему было не до красот спящего замка. Везде царила тишина. Как и ожидалось, процессия не потревожила хозяев.

Когда Вин остановился перед одной из дверей, Хели не удержалась от вздоха облегчения. Эльф бросил предупреждающий взгляд на своих гостей, а затем первым вошел в комнату.

Хайен шагнул следом за ним. Хели держалась рядом. Идрес проскользнула внутрь последней и бросила синее заклинание на дверь.

Только после этого Вин создал несколько пламенных светлячков и повесил их над кроватью своего старшего брата. Хайен приблизился и начал рассматривать незнакомого эльфа.

Несмотря на восковую бледность лица и сомкнутые веки, он был очень похож на своих братьев и сестру. Хели рассказывала, что глаза у Хиа были необычного для эльфов оттенка — черными.

Юноша помнил, что эльф был будущим главой рода, и в Обители его очень любили. А еще Хиа — один из тех, кто не стал обрывать связь с изгнанным дядей и его семьей.

Идрес коснулась скрывающего заклинания и растянула его над постелью своего брата. Ее глаза потемнели от беспокойства. Затем она повернулась к Хайену и тихо попросила:

— Помоги ему, если сможешь.

Юноша кивнул и склонился над больным. Только в следующий момент он увидел на обнаженном плече эльфа глубокую рваную рану, густо смазанную мазью и окутанную заклинаниями.

Хайен начертил око целителя и нахмурился:

— Что это? Яд?

— Вероятно, — ответил Вин, и его голос дрогнул. — Лайе Меллириссиэль пытается подобрать противоядие, но пока не получилось. Ей удается сдерживать заражение, но не избавиться от него. Она предполагает, что это какой-то новый вид орочьей магии. Ни она, ни хлайе Хаэтеллио не смогли разобраться, как нейтрализовать магический компонент.

Юноша задумчиво кивнул и осторожно коснулся пальцем белой кожи рядом с раной.

Он прислушивался к себе, надеясь, что темная магия даст подсказку, поможет понять, что происходит с эльфом. Через пару минут он признал:

— Я не понимаю, что это. Но, вероятно, смогу помочь ему во сне. Проследите, чтобы меня не будили."

"Эльфы одновременно кивнули. Хайен опустился на колени рядом с постелью их брата и положил руку на холодный белый лоб. А затем уронил голову на подушку и погрузился в сон.