Посмотрим, что из этого выйдет, одно я пока точно могу сказать, Архивариус обязательно возбудится и начнет действовать.
— Ну а опричники нам на что? — Василий нахмурился, — твои люди, дядя, уже показали, что способны хорошо работать, так пусть делают это дальше. Одно, конечно, плохо, теперь этот ублюдок поймет, что мы всё знаем, — задумчиво произнес император, — но ничего, людей у тебя много, думаю, как-нибудь справишься.
— Обязательно справлюсь, государь, — Николай Николаевич кивнул, — может, нам стоит как-нибудь наградить парня за то, что поделился с нами информацией в таком объеме? В конце концов, он мог этого и не делать, но при этом сам подошел к моему человеку.
— Я подумаю, — Василий улыбнулся, — не забывай, дядя, нам придется ему помогать, когда он решит разобраться с Библиотекарями, как по мне, это уже хорошая награда.
Николай Николаевич ничего не сказал на это, у него было свое мнение насчет этого, но спорить с императором не имело никакого смысла.
* * *Хладоград.
— Ну-ну, успокойся, дружок, — я погладил Белого по голове и вновь погрузился в свои размышления.
После сегодняшнего допроса я понял одно: Библиотекари не оставят меня в покое, теперь для них это дело принципа, ведь я узнал очень много нового. Чего стоят только их артефакты, Моисея еле удалось успокоить, старик был готов бросить все, лишь бы заняться их изучением, фанатик от мира магической науки, не иначе. А ведь помимо артефактов есть еще и информация, и вот она намного, намного ценнее всего остального.
В головах моих пленниц содержится очень много важной информации, достаточно слить ее в сеть, и ордену Библиотекарей придет конец. Конечно же я не собирался это делать, я же не самоубийца. В этом мире, как и в моем родном, существуют неписаные правила, которые стоит соблюдать, особенно если хочешь, чтобы с тобой считались. Вот только в связи с этим возникает вопрос: и что же делать дальше? Пока что моих сил объективно недостаточно для того, чтобы закрыть вопрос с орденом в одиночку, а просить помощи у императора, если честно, мне не сильно хочется, а значит, придется думать.
Эхх, мне бы сейчас посох и корону, и тогда все было бы намного, намного проще. Ладно, как-нибудь разберемся, главное, что я знаю намного, намного больше, чем несколько дней назад. Знания — сила, кто бы что ни говорил.
* * *Рим. Центральная библиотека.
— Значит, мои ученицы попались, — тихо произнес Архивариус, глядя на одного из послушников, и тот кивнул.
