Проводив ее долгим взглядом, тот приложил телефон к уху.
— Слушаю, господин, — спокойным тоном произнес он.
— Антуан, с этой курицей каши не сваришь, как говорят русские, — с усмешкой произнес герцог, — вот что, узнай мне всё о войне между Васильчиковым и Гудовичем, справишься?
— Конечно, господин, — все так же спокойно ответил мужчина, — как быстро нужно это сделать?
— Максимально быстро, Антуан, — голос герцога посуровел, — нельзя дать Бестужеву войти в полную силу. Он стал архимагистром недавно и еще не до конца представляет, на что способен.
— Хорошо, господин, я все сделаю, — мужчина добавил почтения в голос, — дайте мне несколько часов, и вся информация будет у вас.
— Жду, — после этих слов герцог прервал звонок, а Антуан положил телефон на стол и усмехнулся.
Предстояла очередная работа, работа на благо Франции!
* * *Одна из многочисленных заправок на пути к Великому Новгороду.
— Осталось два часа, и будем на месте, — Арсений откусил хороший такой кусок пирожка и улыбнулся с набитым ртом.
Мда, и это сын графа, хотя я ведь и сам такой.
Допив кофе, я уже хотел было вернуться к автомобилям, когда телефон в моем кармане зазвонил. Достав его, я глянул на экран, однако номер был мне незнакомым. Хм, и кому я понадобился в десять часов вечера? Несколько мгновений я раздумывал, отвечать или нет, и в итоге решил ответить.
— Слушаю.
— Граф Бестужев? — голос на другом конце мне точно был не знаком, хриплый, грубый, раньше я его не слышал.
— Он самый, — я усмехнулся, — и кому я понадобился в это позднее время?
— Граф Гудович Александр Викторович, — хриплый голос тут же стал официальным, — граф, я звоню вам для того, чтобы лично пообщаться.
Мой человек допустил ошибку, и он будет наказан за это. Но не кажется ли вам, что вступать в войну из-за пары выстрелов как-то чересчур?
— А кто сказал, что это из-за выстрелов? — я хмыкнул, — нет, граф, меня задела наглость вашего человека. Прийти к моему дому и просить от меня такое, нет, я решительно не могу согласиться с вашими словами, граф.
Я вступил в войну по праву и буду идти до конца.
— Это ваш окончательный ответ? — в голосе Гудовича появились мрачные нотки.
— Окончательный.
— Что ж, значит, так тому и быть, — после этих слов он положил трубку. Мда, какой-то он невоспитанный, если честно.
— Кто звонил? — ко мне подошел Арсений, — у тебя такое лицо, словно тебе нужно срочно кого-то убить. У отца такое же лицо, когда он проводит совещания с вассалами.
