Проклятье, и вот как? Как так получилось?
Ярость захлестнула меня с головой, и меч сам прыгнул мне в руки, а через мгновение голова Гудовича упала на землю куда быстрее, чем остальная часть его тела. Смахнув кровь с клинка, я пошел вперед, глядя на толпу магов Гудовича. Группа поддержки, наверняка такие же твари, как и мертвый ублюдок. Ничего, сейчас все закончится. С каждой секундой в моем источнике было все больше и больше энергии, ее уже было достаточно для парочки ударов, но я не спешил.
Двое уродов держали Анжелику, и мне не хотелось, чтобы ей причинили вред.
— Отпустите девушку, и я убью вас быстро! — барьер вокруг моего тела стал видимым на мгновение, и этого хватило, чтобы они поняли все.
Парочка ублюдков, держащие Анжелику, первые сделали шаг назад, и это сыграло мне на руку. Моя атака совпала с атакой двух магов Гудовича, однако я все равно оказался быстрее, буквально на долю секунды. Десятки ледяных лезвий ударили по людям Гудовича, алая кровь хлынула на землю, а на моих губах появилась хищная улыбка.
Вы сами этого хотели, ублюдки, что ж, добро пожаловать в ад!
* * *Андрей смотрел на то, как Бестужев уничтожал людей Гудовича, и не знал, что ему делать. Васильчиков думал, что ему придется помогать, но куда там, Алексею явно никакая помощь не нужна. Его лед оказался удивительно смертоносным, настолько смертоносным, что Андрей сомневался, кто победит, столкнись он в прямом бою с этим парнем.
— Восемнадцать лет, поразительно, — тихо прошептал себе под нос Андрей, а в следующую секунду до его ушей донесся гул лопастей.
Подняв голову, граф увидел несколько быстро приближающихся точек и улыбнулся. А вот и кавалерия.
* * *Несколько минут спустя.
Я осознал себя стоящим над трупом последнего из магов Гудовича. Он еще дышал, однако глаза его уже начали закрываться. Выдернув меч, я стряхнул с него кровь и, вытерев его о штаны мертвеца, сунул обратно в ножны и, развернувшись, подошел к Анжелике.
Девушка сидела на коленях и смотрела в одну точку. Ее тело дрожало, и только через мгновение до меня дошло, что она плачет. Присев на корточки рядом с ней, я приобнял ее, и она тут же уткнулась в мое плечо и разрыдалась уже в голос.
— Ну все, все, все уже закончилось, — тихо произнес я, — не нужно плакать, все разрешилось как нельзя лучше.
Анжелика подняла голову, явно желая что-то сказать, но в этот момент сработал мой второй дар.
