М-да, с интересным человеком мне предстоит встретиться, ничего не скажешь. Дмитрий Алексеевич Гагарин у нас долгожитель, князю недавно стукнуло девяносто, хотя по фотографиям больше шестидесяти этому богатырю не дашь. С такой комплекцией можно было подумать, он управляет землей, но нет, родовая стихия Гагариных — это Свет. Обычно эту стихию недооценивали, но ровно до того момента, как сталкивались с ней на поле боя, и вот тогда эти глупцы понимали всю глубину своей ошибки, но обычно было уже поздно.
А еще род Гагариных был одним из самых богатых в империи и даже конкурировал с императорским родом, и всё благодаря Дмитрию Алексеевичу. Старик мало того, что был сильным магом, так еще и управленец он гениальный, смог утроить состояние рода и, по сути, стать негласным хозяином Петрограда. Ну а как иначе, если почти шестьдесят процентов всех предприятий города так или иначе принадлежали ему.
— Да, предвкушаю интересный разговор, — тихо прошептал я себе под нос, — посмотрим, что из этого получится.
* * *Москва. Главное управление ИСБ. Поздняя ночь.
Николай Николаевич устал. Он давно не работал так много, ведь обычно Скоробогатов справлялся со своими обязанностями, но три дня, данные племянником, заставили великого князя вспомнить все свои навыки. В конце концов, его не просто так поставили во главе опричников, ведь до этого он возглавлял имперскую разведку и неплохо разбирался в вопросе.
— Ваша светлость, — генерал Скоробогатов протянул великому князю несколько листов бумаги, — вот, это всё, что нам удалось собрать по вопросу убийства царевых людей.
По всему выходит, что барон Островский был причастен к этому делу. Но, учитывая смерть самого барона и его наследника, нам не у кого спросить. Разве что у его дочери, но она сейчас на Урале, в гостях у барона Алмазова.
— Вассал Долгорукова? — Николай Николаевич усмехнулся, — Скоробогатов, ты совсем потерял нюх. Вызови барона Алмазова в Москву как можно быстрее, и пусть приведет девочку.
Очень удачно получилось, она едет в гости по сути к врагу своей семьи, а потом ее род исчезает, и она остается одна. Осталось только выдать ее замуж за одного из Алмазовых, и всё, что принадлежит Островским, перейдет в руки к Долгорукову.
— Хорошо, ваша светлость, мы всё сделаем, — генерал поклонился, — уже завтра утром барон будет тут. Мы еще привели капитана Ветрова, к сожалению, его только выписали из лазарета, буквально два часа назад.
