Хозяин Теней 3

— Ты не смеешь говорить о них, безбожник, — а Трубецкой явно неравнодушен к деду, такая ненависть в глазах, все-таки, видимо, что-то дед сделал им, ну или кто-то из наших предков.

— Успокойтесь, князь, — я улыбнулся, — в конце концов, мы не в чистом поле, а в императорском дворце. Вас же учили этикету в детстве, разве вы уже все забыли?

— Щенок, думаешь, твой дед тебя защитит? — Трубецкой буквально выплюнул эти слова, — за моей спиной боги, у вас же за спиной ничего. Да ты даже не смог пригласить на прием нормальную аристократку, пригласил какую-то шлюху, — он глянул на Морану таким взглядом, что я все-таки не выдержал, и тени вокруг меня заплясали угрожающе.

— А вот этого не стоило говорить, князь, — я из последних сил сдерживался, — если ты не в состоянии следить за языком, то тебе не стоило сюда приходить.

— Согласен с внуком, ты перешел черту, Трубецкой, — а вот тень деда накрыла почти весь зал, — отныне между нами война!

Глава 17

Трубецкой тут же вспыхнул огнем, и в это мгновение в руках богини появилось черное копье.

— Милая, ты же помнишь, да? Ни словом, ни делом нельзя вредить, мы же договаривались, — я покачал головой, — сейчас это будет только во вред, успокойся."

"Богиня сверкнула глазами, но все же взяла себя в руки, и копье исчезло. Фух, хорошо, что я взял у нее клятву, иначе тут бы началось настоящее побоище.

— Хорошо, малыш, — богиня тяжело вздохнула, — пусть будет так. Но он ответит за свои слова.

— Обязательно ответит, — я кивнул, не обращая внимание на Трубецкого, — я лично принесу тебе его голову, этого хватит, чтобы ты успокоилась?

— Хватит, — богиня улыбнулась, — этого точно хватит.

— Что тут происходит? — словно из ниоткуда вокруг нас выросла стена из императорских гвардейцев, а потом появился и сам государь, с очень недовольным видом, — Трубецкой, что ты на этот раз устроил? — Алексей вопросительно глянул на князя, но тот сделал вид, что не услышал вопрос императора, продолжая буравить взглядом деда, — Я задал вопрос, князь, — в голосе императора лязгнула сталь, а в его глазах заплясал опасный огонь.

— Это дела наших родов, государь, — процедил Трубецкой, — князь Распутин объявил мне войну, и я готов принять этот вызов.