*Бах!*
— А-а-а-а!
Прозвучал выстрел, и рядом со мной появился ухмыляющийся Рембо, а из дула его револьвера поднималась тонкая струйка дыма.
— Зачем? — вздохнул я.
— Ну, а чего он обзывается?
— Справедливо, — кивнул ему и уселся на лавочку в ожидании транспорта.
Спустя минуту послышался звук винтов и прямо над крышами домов пронесся наш вертолет. Даже отсюда было видно бледное лицо Художника, но стоит отметить, что он не растерял навыки управления и, развернувшись на месте, обрушил машину прямо в центр взлетной площадки.
В форте становилось всё оживленнее с каждой секундой. Солдаты носятся, ругаются, тревога воет.
— Где сраные ключи от склада противовоздушных систем? — верещал какой-то мужик. — Какой дебил ключи забрал?"
"Рембо вздохнул и исчез. А спустя секунду снова послышался звук выстрела.
— А-а-а-а! Откуда? Кто? Моя нога-а-а!
Рогатый снова появился и с совершенно невозмутимым видом вынул гильзу из барабана, заменив ее на новый патрон.
Вертолет приземлился, но его почему-то начало потряхивать.
Да уж, видимо, неисправен. Надо будет отправить к нашему технику, пусть посмотрит.
Но стоило мне зайти внутрь вертолета, как неисправность открылась сама собой. Оказывается, неисправен пилот. Сидит, трясется всем телом, и потому узлы управления трясутся вместе с ним.
— Я сделал то, что ты просил, командир, — стуча зубами, проговорил он. — Это же Вальгалла, да?
— Не, ты еще жив, — попытался успокоить его. — Всё, полетели!
— В Вальгаллу? — уточнил он.
— Нет, пока что домой, — похлопал его по плечу. — В Вальгаллу в следующий раз слетаем.
— Но ведь нас не выпустят! — возмутился пилот.
— Ну так впустили же… Значит, выпустят без проблем.
Трясущаяся машина поднялась в воздух и помчалась над самыми верхушками деревьев, изредка задевая дном ветки. Но всё это время Художник смотрел не перед собой, а постоянно косился в мою сторону, так что, в какой-то момент, я всё же не выдержал.
— Ладно, задавай уже свой вопрос, — махнул я рукой.
— КАК?
* * *Начальник форта сидел, спокойно читал очередной отчет, и покуривал сигарету. Некоторое время он водил взглядом по строкам, совершенно не выражая никаких эмоций, тогда как остальные собравшиеся в комнате стояли все мокрые от пота и старались не дышать.
— Вы же понимаете, что это трибунал? Причем для всех нас, — начальник отвлекся от записей и посмотрел на подчиненных, — Это же… Я даже не могу подобрать слов, насколько всё это выглядит плохо.
