— А, это я могу, — граф взмахнул рукой, и… ничего не произошло.
— Господин, — нахмурился гвардеец. — Я готов начинать.
— Мы уже начали, — развел руками Булатов.
— Но я же ничего не почувствовал, — растерялся тот. — Обычно во время отравлений ощущения появляются практически сразу. Или вы сделали так, чтобы я не испытывал страданий?
— Не, страдать тебе все равно придется, — усмехнулся Михаил. — Такое бывает, особенно у больных бычьей чумой!
— Бычьей? Что? — растерялся боец. — Но ведь юный артефактор говорил, что его артефакт поможет только от отравлений, а не от болезней.
— Возбудитель бычьей чумы вырабатывает огромное количество ядов и токсинов, — похлопал его по плечу граф. — Так что удачи тебе! Будем надеяться на это юное дарование.
— Юное дарование, ты давай, не подведи! Лечи скорее! — согласился гвардеец. — Мне только сорок два года, я слишком молод, чтоб умирать!
— Сейчас-сейчас, — сразу засуетился Ларри и стал активировать свой артефакт. — Надо только закрепить его в штатное артефактное место, и останется только… Всё! Можете активировать!
В любом комплекте гвардейской брони всегда есть специальное место для размещения штатных артефактов.
А что, так куда удобнее, чем вешать на себя разного рода медальоны и кольца. Взял несколько подписанных артефактов удобной формы, вставил их в ячейки, и можешь активировать легким движением руки или даже силой мысли. Такие места могут располагаться в кирасе, на внутренней ее поверхности, или даже в стальных наручах.
Постепенно боец бледнел всё сильнее, по лбу его потекли потоки холодного пота, затем кожа его стала зеленеть. И когда симптомов набралось достаточно, он, наконец, решится активировать артефакт лечения от отравлений.
В тот же миг сверкнула яркая вспышка и мощнейший разряд энергии прокатился по телу бедолаги. Руки, ноги, спина, шея… Все мышцы свело в сильнейших судорогах и он завалился назад, устремив свой взгляд в небо.
Булатов с интересом посмотрел на это, Ларри всё это время не сводил взгляда с графа, а Вилли просто сидел и держался за сердце.
— Кхы-ы-ы… — сквозь стиснутые зубы вырвался сдавленный крик. Но вдруг тело гвардейца покрыло зеленоватым мягким свечением, правда, легче от этого бедолаге не стало. Он, как дымился, так и продолжил дымиться.
— Собственно, вот, — указал на бедолагу Ларри. — Лечится."
"Михаил посмотрел на лежащего и бьющегося в судорогах гвардейца, затем медленно перевел взгляд на Виллсона.
