Вот и всё!
— А чего ты тогда так спокоен? — уперла руки в бока и нахмурилась Мира.
— Ну, а что я сделаю? Он тебе предлагал помощь, ты отказалась. А зная цену его услуг, не думаю, что ты бы осталась довольна… — Вилли почесал затылок.
— И какая же у тебя цена? — Девушка обратилась ко мне."
"— Да ничего такого, — развел я руками. — Контракт на семь лет, обычный трудовой, — девушка снова прищурилась, выражая сомнения в моих словах. — Да как вы двое меня достали… — я вздохнул. — Курлык, неси сюда контракт. Пусть почитает, ознакомится.
Спустя минут пять появился голубь, сжимающий в лапках копию заключенного с Виллсоном договора, и сразу вручил его Мире в руки. Причем, у меня есть два экземпляра, и предоставил я тот, что составлен на их родном языке. Как по мне, всё должно быть честно и прозрачно.
— Семь лет без права на отпуск? — посмотрела на меня девушка.
— Прошу заметить, что во втором подпункте этот момент расписан подробнее. Отпуск возможен, но лишь по моему личному разрешению и под усиленной охраной.
А также направляться можно только в определенные места. Всё ради твоей безопасности, — указал ей на приложение к договору. Там все эти моменты расписаны подробнее.
— Гм… — задумалась Мира и посмотрела на брата, как на дурака. — Полное медицинское сопровождение и лечение всего, с чем справится Архимагистр лекарь? Полная защита от любых насильственных действий со стороны третьих лиц? Вилли, если ты попадешь в плен, то в течение двадцати дней Михаил будет обязан вытащить тебя. Любыми способами, даже если ради этого придется развязать войну с целым государством! Ты, вообще, читал все это?
— Ну, читал… — замялся Вилли.
— Но там есть пара пунктов…
— Тебя еще и кормят! — Мирабель продолжила изучать договор. — Что? И платят? Вилли, тебе платят! Ты зажрался!
— Ну, это же варварство! — воскликнул он. — У меня нет совершенно никакой свободы!
— О какой свободе, вообще, идет речь!? Ты в Академии в худших условиях жил, так еще и платил за это! — девушка трясла бумагой перед лицом брата и казалось, готова ему врезать.
И правильно сделала бы! А то возмущается тут плохими условиями труда, видите ли.
— Ну, это другое…
— Ох, как был истеричкой, так и остался… — вздохнула Мирабель.
Мы вышли на улицу и направились обратно к повозке. Я же подошел к Мире и уточнил, какие покои для нее нужно готовить. На длительный срок проживания, или же на те две недели, что она собиралась тут погостить.
— Да, хотела пару недель, но чувствую, надо брату мозги вставить.
