Игрок, забравшийся на вершину. Том 11 (СИ)

В тот раз, когда окраины Адамароны подверглись заражению, став, как выяснилось, полигоном для испытаний, нежить бесцельно бродила по округе, пока не натыкалась на живое существо.

- Кто-нибудь, будьте добры, позовите ведьм, пусть возьмут образцы, - обратился Ворон к окружающим, продолжая думать над сутью квеста, а также ища ответ на важный вопрос. А именно, для чего же Дорин и его шайка некромантов собирали и складировали пепел, который когда-то нашли солдаты Дрикара?

К чему они готовятся? Хотят создать хаос в какой-нибудь империи? Или же их цели гораздо ужасней и амбициозней? Может, они хотят заразить все земли двадцать четвёртого этажа? Или же?.

Он мысленно искал подсказки, вспоминая до мельчайших подробностей свою первую встречу с «Мёртвой дланью», а также последовавшую за этим битву. Он искал ответ в жестах и словах Дорина, а также анализировал действия Кранча, но даже столь развитый разум, работающий как исправный компьютер, не мог найти ответ, если данных для его поиска попросту не хватало.

Он словно застрял в паутине пещер, где царила кромешная тьма. Положив руку на стену, он брёл вперёд, ощущая поверхность пещеры, вдыхая чуть спёртый запах и слушая громкие, благодаря эху, звуки мелких грызунов. Ворон понимал, что выход есть, и знал, что его можно найти, но ему нужен был источник света, чтобы взять верный курс…

И так уж вышло, что светом, столь необходимым разбойнику, стал тот, кто меньше всего хотел, чтобы Ворон выбрался из этих самых пещер.

Его появление заметили ещё издалека, и стоявший рядом Ерхор, тронув парня и отвлекая от мыслей, перевёл взгляд куда-то ему за спину.

- Значит, мне не показалось. Это был ты, жалкий король… И, - тяжёлый, озлобленный голос, тон которого сменился на раздражительный, сразу же всколыхнул в памяти Ворона имя гостя. - Чумные крысы, что вдруг внезапно решили повылазить на свет. Ха-х… До чего жалкое зрелище.

На существе, которого разбойник пока не встречал на просторах этого мира, сидел державший замысловатый посох человек в балахоне, увидев которого, Ворон вдруг почувствовал, как оживились молнии на цепях его артефакта и сразу за этим:

Это был Дорин собственной персоной.

Первая же мысль Ворона, импульсом пронёсшаяся в сознании, была о том, чтобы убить ублюдка без всяких лишних слов, так как здесь не было сомнений в том, чтобы использовать его самое мощное оружие. И если бы он не заподозрил в появлении своего врага скрытого мотива, то непременно так бы и поступил.