Его прочность была немногим больше двухсот, и, подумав об этом, парень пришёл к очевидному заключению.
То, что он изначально принял за прочность камня, скорее всего являлось показателем самой руны. Поэтому восстановив здоровье, тот сглотнул и вновь коснулся барьера.
― 2361!
Знакомое сообщение о мощи руны всплыло перед глазами, и, терпя боль, Ворон коснулся холодного камня.
Магический столб.
Прочность: 172/10 000
Предположение подтвердилось ценой очередного болезненного опыты. Прочность уменьшилась на две единицы, а значит, звуки, которые слышали жители ближайшей деревни и о которых доложили рыцарю княгини Лилии, были связаны с тем, что кто-то намеренно пытался пробиться через руну.
Поняв это, Ворон всерьёз заинтересовался тем, что могло быть запечатано внутри этого озера.
Поэтому, не собираясь ждать, когда люди, приходящие сюда каждую третью ночь, вернутся, он решил, что будет проще и выгоднее самому закончить начатое ими.
Не став медлить и выпив слабое зелье лечения, увеличивающее регенерацию, разбойник отправился искать монстров, которые помогли бы ему в этом нелегком деле.
Опускать прочность своими силами было бы очень неразумно и чего уж там, невероятно долго.
В отличие от испытания, которое он проходил на озере третьего этажа, здесь можно было воспользоваться чужими силами.
Спустя двадцать минут поисков Уилл нашёл подходящего моба. Это был здоровый быкообразный монстр, голова которого напоминала рыбу-молот.
Травоядный разрушитель.
Уровень: 143
«Идеально», ― Ворон улыбнулся, так как уровень этих ребят был сто сорок третьим, а значит, проблем они не доставят.
Дождавшись, когда одна из целей отобьётся от стада, Ворон выпустил арбалетный залп и побежал в сторону озера.
Небольшой, но достаточно широкий проход в этой локации позволил успешно кайтить травоядного разрушителя до самых колон и путём нехитрый увёрток в полной мере воспользоваться вспыльчивым нравом монстра.
Бах! Бах! Бах!
Мирную и слегка романтическую вечернюю обстановку разрывали вопли, полные неистовой боли, и отголоски взрывов, пока бедный моб пытался с разгона атаковать противника.
Даже спустя пару десятков неудачных манёвров, тот останавливаясь, словно упёртый баран, продолжал встряхивать головой, а затем, находя залитыми кровью глазами своего «тореадора», вновь разъярённо несся навстречу.
«До чего же тупой…» ― глядя на бедолагу, Ворон тем не менее успевал мониторить состояние столбов, и вот, когда очередной удар сотряс барьер, это наконец произошло.
