Мужчина говорил неторопливо, и размеренный темп повествования словно погружал слушателя в те дни, когда рассказчик жил как в раю, но после небольшой паузы, когда он продолжил, сказка сменилась кошмаром.
- В один из дней Силеста заболела, и после долгих осмотров целителей мы узнали, что она страдает от невероятно редкой болезни, известной как сенетерос. В переводе с местного языка, где она впервые была обнаружена - старческая жизнь. Сенетерос влияет на тело больного, заставляя его органы преждевременно стариться.
Её очень сложно обнаружить, особенно в молодом возрасте, и до двадцати пяти лет человек живёт вполне обычной жизнью, но затем недуг начинает резко прогрессировать. Человек остаётся молодым, но вот его органы изнашиваются с такой скоростью, будто каждый прожитый им день идёт за месяц. Если не найти подходящий способ исцеления, итог очевиден. Это стало ударом для нас…
Пересекая коридор и сквозные комнаты, Ворон с плотно сжатыми челюстями молча слушал своего друга, ловя себя на мысли, что сука-жизнь в который раз показывает, как несправедливы порой её решения.
Одновременно с этим он вспомнил слова Пандоры о боли, что может дать надежду даже в аду и позволить обрести силу.
«И после этого я должен верить в этот бред? Как, во имя всего, на долю одного человека может выпасть столько несчастий?»
- Узнав об этом, - продолжал Дальтаро, медленно идя вперёд. - Я стал расспрашивать всех своих друзей и знакомых с целью найти лекарство, артефакт или заклинание от этой болезни и вскоре отыскал его.
Один из поставщиков рассказал о том, что слышал о зелье, способном излечить Силесту, но проблема была в том, что даже спустя месяц никто не брал задание на его поиски. Я не мог больше ждать и решил сам отправиться в путь, оставив жену и шестилетнюю дочку.
Он ненадолго остановился и, вытянув перед собой фиал, который продолжал держать в руке, печально вдохнул:"
"- Я нашёл его спустя два года, но… Опоздал. Лекарство сработало как надо, но не вернуло органам их прежнюю молодость и… Она умерла практически у меня на руках.
Ей было всего двадцать восемь лет…
Ворон сжал кулак, и Дальтаро, заметив это движение, помотал головой, убирая флакончик, больше похожий на медальон.
- Брось. Всё в прошлом. Да, я мог проклинать судьбу, но у меня оставалась Яоми, и ради неё я смирился с произошедшим. Девочке тогда исполнилось восемь лет, и эта трагедия оказала сильное влияние на неё. Я остался дома и стал воспитывать дочь.
