Император Пограничья 11

Из грузовика начали выпрыгивать бойцы, занимая позиции.

— Что-то случилось, дознаватель? — спросил я, отмечая странное выражение на лице Волкова.

— Случилось, — он достал из кармана магофон. — Только что пришёл приказ из Владимира. С высшим приоритетом, напрямую от канцелярии князя.

Волков включил устройство, и начал монотонно зачитывать:

— Именем Его Светлости князя Владимирского, воевода Николополья Степан Дроздов объявляется ревностным защитником порядка и законности в Пограничье. За выдающиеся заслуги в объединении разрозненных поселений и наведении должной дисциплины среди местного населения, назначается наместником Владимирского княжества в Пограничье с чрезвычайными полномочиями…

Я слушал, анализируя каждое слово.

Наместник — представитель княжеской власти в регионе, фактически местный диктатор с правом творить суд и расправу от имени князя. И эту должность получил садист, вешающий людей и берущий детей в заложники.

Мысли закрутились, выстраивая логическую цепочку.

Волков докладывал о Дроздове вчера вечером, рассказал о его методах, о жалобах населения. И вместо ареста князь Сабуров… поощрил его? Нет, тут другое. Князь прекрасно знал, кто я такой. Знал о моём влиянии в Пограничье. И теперь официально поставил против меня человека, искажающего мои идеи до неузнаваемости.

Изящная ловушка — либо я терплю существование «наместника», дискредитирующего всё, за что борюсь, либо выступаю против официального представителя власти из соседнего княжества, что можно трактовать, как незаконные боевые действия.

Михаил, сучий потрох, Фёдорович знал, что я не смогу проигнорировать творящиеся бесчинства, и намеренно провоцировал меня.

— Это ещё не всё, — голос дознавателя вернул меня к реальности.

Он продолжил вещать:

— Дознавателю Волкову приказывается немедленно арестовать самозванца Прохора Платонова за незаконное вмешательство в дела Владимирского княжества, самоуправство и подстрекательство к мятежу…

Я поднял взгляд на дознавателя.

Его драгуны переминались с ноги на ногу, поглядывая на моих пятьдесят бойцов. Арифметика была простой — десять против полусотни, да ещё с пулемётами. Волков это понимал не хуже меня.

— Ну что, арестовывать будете? — спросил я с лёгкой иронией в голосе.

Волков выключил магофон и долго молчал, глядя куда-то мимо меня. Потом тяжело вздохнул и снял фуражку, провёл рукой по редеющим волосам.