Император Пограничья 11

За три секунды обычный орёл превратился в трёхметровую химеру весом под полтонны.

Чудовище пробило ослабленную взрывами крышу. Доски и черепица разлетелись фонтаном. Крестовский обрушился прямо в центр группы наёмников. Его голова, усеянная десятками разнокалиберных глаз, видела одновременно во всех диапазонах — инфракрасные, ультрафиолетовые, обычные человеческие. Один бандит попытался зайти сзади, но химера, не поворачиваясь, пронзила его когтистой конечностью длиной в два метра. Второй выстрелил в упор — пули отскочили от хитиновой брони.

Крестовский подхватил стрелка передними лапами и разорвал пополам одним движением, как богомол разрывает добычу.

Наёмники в панике отшатнулись от кошмарного существа. Кто-то закричал что-то нечленораздельное, увидев, как десятки глаз синхронно фокусируются на новых целях.

Одновременно Северные Волки хлынули через пробоины в стенах. Склад взорвался хаосом. Выстрелы, крики, звон стали. Ярослава неслась через поле боя, оставляя за собой кровавый след. Риск взрыва баржи висел над ней дамокловым мечом, но отступать было некуда.

Оставалось только верить, что Соколов и Марков успеют.

Матвей Крестовский в боевой форме больше не напоминал живое существо — скорее ожившее возмездие. Хитиновые пластины на его теле двигались независимо друг от друга, создавая волнообразный эффект. Метаморф не рычал и не угрожал — работал молча, методично, с пугающей эффективностью. Его удары были выверены до миллиметра — когти пробивали точки, где броня стыковалась со шлемом, где ремни оставляли незащищённые участки.

Двое наёмников открыли огонь из автоматов, но Крестовский просто развернулся боком, подставив самую толстую часть панциря, и продолжил движение, сметая противников взмахом массивной конечности.

— Убейте эту тварь! — заорал кто-то из наёмников, но паника уже охватила их ряды.

— Северные Волки, за мной! — скомандовала она, врываясь через пробоину в стене склада.

Внутри царил хаос. Огонь от снаряда Безбородко пожирал ящики и мешки с неизвестным содержимым, дым застилал обзор.

Но Засекина чувствовала движение воздуха — её магия позволяла «видеть» через потоки. Семь фигур сгруппировались в дальнем конце склада, формируя оборонительный периметр.

В центре стоял Карим Мустафин по прозвищу Скорпион — смуглый мужчина лет сорока с острыми, словно вырезанными из камня чертами лица. Холодные чёрные глаза оценивающе изучали противников.

Ярослава мысленно выругалась — семеро магов против троих с её стороны.