Император Пограничья 11

Ни один из них не подозревал, что через некоторое время княжна Засекина развалит Карима пополам своим эспадроном, а сам Хасан Волкодав окажется пригвождён металлическими клиньями к крепостной стене, моля о пощаде.

Волкодав закончил свой рассказ, и я почувствовал странное спокойствие. Не ярость, не гнев — ледяную ясность понимания. Сабуров перешёл черту, за которой нет прощения. Готовность убить сотни невинных людей ради дискредитации одного человека — это переходило все границы и делало его опаснее любого безумца.

Этот мерзавец только что подписал себе смертный приговор. Фёдор Михайлович поднялся в самый верх моего списка врагов, подлежащих устранению.

Волкодав попытался сопротивляться, но против моей воли был бессилен.

— Главный сейф… в кабинете за картиной с пустынным пейзажем, — выдавил он сквозь зубы. — Код — 17−03–82. Документы в потайном отделении стола. Второй тайник под плитами в винном погребе, третий угол от входа.

Отдав приказ, я вытащил металлический клин из его наименее пострадавшей руки.

Хасан взвыл, дёрнулся, но подчинился, достав устройство окровавленными пальцами.

Когда он закончил операцию, я продолжил:

Он принадлежал благотворительному фонду помощи сиротам под патронажем княгини Тверской. Ярослава рассказывала мне о нём, ставя в пример свою подругу. Дотошная княгиня Разумовская лично курирует его, там невозможны хищения. Грязные деньги этого ублюдка пойдут на доброе дело.

Пальцы наркобарона дрожали, пока он вводил суммы.

— Поздравляю, Хасан, — усмехнулся я. — Ты только что немного отбелил свою карму. Можешь быть мне благодарен.

Я мог бы забрать все деньги себе — Угрюму нужны средства, стройка требует вложений, армию надо вооружать. Но эти деньги пропитаны кровью и страданиями. Полученное покроёт насущные нужды, а остальное… Пусть грязные деньги наркобарона дадут шанс на жизнь детям, чьих родителей, возможно, убила его отрава.

Он скрипнул зубами так, что было слышно на расстоянии.

— Последние слова? — равнодушно уточнил я.

— Сдохни, выродок! Чтоб тебя черви сожрали! Чтоб твой род вымер!

— Дерьмово умеешь умирать, — я покачал головой и усилием вогнал металлический осколок прямо ему в висок.

Тело обмякло. Я развернулся к своим людям.

— Марина! — окликнул я одного из усиленных бойцов.