Император Пограничья 7

Это очень много.

— Но я даже клинок метнуть не могу! Только вот эти… фокусы с изменением формы.

— Помнишь, что я говорил о терпении? — я присел на соседний ящик. — Сегодня ты применил свои «фокусы» в бою и спас человека. Это больше, чем делают многие маги-аристократы за всю жизнь. Гордись этим, учись на этом опыте, но не вини себя за то, чего пока не можешь.

Егор поднял на меня глаза.

— А вы… вы себя не вините? За тех двоих?

Вопрос попал точно в цель. Я помолчал, подбирая слова и глядя на мальчишку.

В его глазах читалось что-то большее, чем простое любопытство. Егор искал оправдание собственной боли, пытался понять, как жить с тем грузом, который навалился на его юные плечи.

— Виню? Нет. Но несу ответственность? Да. Это разные вещи, парень. Вина — это когда ты корёжишься от мысли, что мог поступить иначе. Когда проигрываешь в голове сцену за сценой, ища момент, где всё пошло не так. Вина парализует, заставляет сомневаться в каждом решении.

Егор слушал, не отводя взгляда.

— А ответственность… — я потёр переносицу, — ответственность говорит: «Их смерть — это цена твоих решений.

Какой урок ты извлечёшь?» Она не ищет виноватых. Она ищет способы стать лучше, чтобы в следующий раз потерь было меньше.

Мальчишка помолчал, переваривая сказанное.

— Но ведь больно же? — тихо спросил он.

— Больно, — кивнул я. — И должно болеть. В тот день, когда смерть твоих людей перестанет причинять боль, ты перестанешь быть командиром. Станешь просто мясником.

Я вспомнил слова своего отца из далёкого прошлого: «Каждая потеря должна оставлять шрам на душе.

Эти шрамы — твоя плата за право командовать.»

— Михаил и Пётр погибли, выполняя свой долг, — продолжил я. — Я мог принять другое решение, послать других людей, выбрать иную тактику. Но с той информацией, что у меня была, в тех обстоятельствах — я принял лучшее из возможных решений. И если завтра возникнет похожая ситуация, я снова буду действовать, основываясь на том, что знаю сейчас.

Оставив задумавшегося Егора, я отправился в лабораторию.

Александр Зарецкий склонился над рабочим столом, раскладывая собранные травы. Серебристые стебли Лунного покрова мерцали в свете ламп.

— Как улов? — спросил я.

Алхимик обернулся. Его обычно взволнованное лицо было серьёзным.

— Отличного качества. Полторы сотни полноценных стеблей, ещё полсотни повреждённых, но годных для экстракции. Из этого можно сделать достаточно зелий для всех магов и ещё останется сверху.