Император Пограничья 8

Я включил видеозапись на магофоне, направив его в лицо незнакомцу.

— Макар… Макар Вдовин, — выдавил он сквозь стиснутые зубы.

— Кто послал тебя убить меня?

— Гильдия Целителей… Константин Петрович Скуратов-Бельский…

Я нахмурился, оценивая информацию. Значит, они решили действовать быстро после того, как я разгромил их «лечебницу».

— Кто ещё состоит в руководстве?

— Не знаю. Общался только… с ним.

— Расскажи о структуре его подразделения, — приказал я.

Макар захрипел, пытаясь сопротивляться, но Императорская воля не оставляла ему выбора:

— Скуратов-Бельский… возглавляет крыло Гильдии… тайные операции… боевые и небоевые… Под его началом агенты… убийцы, диверсанты, шпионы… Базы по всему Содружеству…

— Где ближайшая база?

— Лечебница под Владимиром… Там… там моя семья…

Его голос сорвался.

— Что с ними?

— Жена Мария… сын Петька… Гильдия держит их… если я не выполню задание… — сведённые судорогой зубы едва не клацнули.

Проклятье. Старый как мир способ обеспечить лояльность — взять в заложники близких.

— Сколько времени у тебя было на выполнение задания?

— До конца Гона… В случае успеха должен был… передать сообщение по магофону…

— Где он?

— Внутренний карман… но связь… связь не работает… — Макар закашлялся кровью. — Вокруг Угрюма что-то блокирует…

Логично, ведь Кощей перекрыл связь, и этим неожиданно удружил мне. Гильдия Целителей не узнает о провале своего агента.

— И что ты должен был сделать, если связи не окажется?

— Константин Петрович… предусмотрел… Если не выйду на связь… Гильдия сама проверит через месяц после Гона… пошлют разведчиков… Если ты мёртв — семью отпустят… если жив… — его голос сорвался.

— Есть ли у тебя сообщники в Угрюме?

— Нет… работаю один… Проник с беженцами из Сергиева Посада… когда Гильдия узнала про набор жителей…

Я кивнул. Логично — среди десятков новых лиц легко затеряться одному убийце.

— Что ты выпил перед нападением? — повторил я первоначальный вопрос.

Макар судорожно вздохнул:

— Ярость Берсерка, наша разработка… даёт силу и скорость… на четверть часа… потом сердце…

Он не договорил. Глаза внезапно расширились, изо рта хлынула кровь. Тело задёргалось в конвульсиях. Макар Вдовин обмяк на эспадроне, пронзившем его насквозь. Сердце не выдержало перегрузки от сочетания смертельного зелья и полученной раны.

Равнодушно глянув на врага, я выключил запись на магофоне и огляделся.