Это, конечно, не деривационная система, где потребовался бы уже напорный коллектор или труба, способная выдерживать давление в одну-две атмосферы, а то и больше. Там бы и задвижка понадобилась специальная, герметичная, да и все стыки пришлось бы тщательно уплотнять, не говоря уже о герметичном кожухе для самого колеса с уплотнением выводного вала, организацией подвода и отвода воды под давлением… Нет, для первого образцового завода мы пошли по пути пусть и менее эффективному, зато более простому и надежному в текущих условиях.
Само колесо висело на оси, а от него тянулся через стену в механический цех главный трансмиссионный вал со шкивами. Оставалось только поднять ту самую заслонку в канале и пустить воду на лопасти."
"Момент был торжественный. На берегу собрался чуть ли не весь завод — от Шлаттера и офицеров до простых работяг и моих учеников. Все смотрели на огромное, пока неподвижное колесо с замиранием сердца. А вдруг не закрутится? А вдруг развалится? А вдруг плотину прорвет?
Я сам стоял у заслонки, чувствуя, как колотится сердце.
Проверил еще раз все крепления и рычаги. Перекрестился (уже почти автоматически).
— Ну, поехали! Открывай! — крикнул я рабочим, стоявшим у механизма подъема заслонки.
Мужики навалились на рычаги. Заслонка медленно поползла вверх. Вода из канала с шумом хлынула в деревянные ковши на ободе колеса. Секунда, другая… Колесо дрогнуло, качнулось… и медленно, сначала неохотно, а потом все быстрее и быстрее начало вращаться! Огромное, мокрое, оно проворачивалось с величественным скрипом, поднимая и опрокидывая ковши, разбрасывая вокруг брызги.
Вода Охты, пойманная и направленная человеком, начала свою работу!
А в механическом цехе ожила трансмиссия. Главный вал под потолком завращался, приводные ремни заскользили по шкивам. Я дал команду подключить первый механизм — поршневую воздуходувку для кузнечных горнов. Раздалось мерное пыхтение — насос заработал, подавая ровный, мощный поток воздуха в горны. Кузнецы, раньше качавшие меха вручную, застыли с открытыми ртами.
Потом подключили мехмолот. Он тоже ожил, его «баба» начала мерно подниматься и опускаться, грохоча на всю кузню (нужно будет усовершенствовать этот механизм, кстати). Потом — токарные станки, сверлильные… Они завертелись сами, без помощи солдат у ворота!
Это было невероятное зрелище! Сила воды, покоренная инженерной мыслью, приводила в движение целый завод! Десятки рабочих рук были освобождены от самой тяжелой, нудной работы.
