Страх да перспектива честно заработать роль сыграли. Поставил его рулить снабжением, но с приглядом: приставил Ванюху да Семена из «школы» — контролировать каждый шаг, каждую бумажку. Система, скрипя, заработала.
Сегодня Лыков должен был показать высший пилотаж логистики — подвоз угля и металла. Я ему устроил проверку: накануне «случайно» задержал пару подвод с рудой. Посмотреть, как выкрутится.
И выкрутился, шельмец! Наблюдал издали. Носился, как ошпаренный, орал, втолковывал. К обеду и уголь, и руда — все на месте, в объеме, и, что поразило, приличного качества.
Ванюха шепнул: Лыков понервничал, но «объегорить» не пытался. Пахал честно.
— Ну что, Игнат Семеныч, — подхожу. — Сдюжили?
— Ваше благородие, — он вытянулся, вид, как у лимона выжатого. — Все по вашему приказанию! Уголек — чистый, руда — звонкая!
— Верю, — усмехаюсь. — Можете, когда припечет. Значит, и дальше так же, без фокусов?
— Только так! Исключительно на пользу государеву да вашему производству! Слово купеческое! — стукнул себя в грудь, не очень уверенно.
Не верил ему до конца. Таким верить — себя не уважать. Но пока хвост поджал и видел выгоду в честной работе — пускай пашет. Мои орлы присмотрят.
Напялив лучший мундир, встречал Государя со Шлаттером и Орловым. Шлаттер издергался, Орлов держался орлом. Я старался быть спокойным, хотя внутри все ходило."
"И вот кортеж: несколько карет, впереди гвардейцы на конягах. Из первой кареты спрыгнул Петр. Верста коломенская, в простом темно-зеленом кафтане, треуголка набекрень.
За ним — Брюс и еще вельможи.
— Здорово, соколики! — гаркнул Государь солдатам и мастеровым. Те рявкнули так, что вороны посыпались.
Шлаттер подлетел с приветствием, но Петр остановил:
— Полно, полковник, не до расшаркиваний. Дело показывать надобно. Веди, Смирнов.
Повел Государя по «образцовому» участку. Цеха крепкие, дворы выметены, материалы укрыты. Петр крутил головой, задавал короткие, точные вопросы.
Первым делом — к водяному колесу и трансмиссии. Когда громадина начала ход, приводя в движение валы, Государь крякнул:
— Ай да силища! Вот это по-нашему, по-европейски! Умом да силой воды! Молодец, Смирнов!
В механическом задержался, разглядывал станки.
Ученики старались. Федька, старший мастер, толково объяснял. Петр слушал, задавал дельные вопросы, трогал металл.
— А это что за орлята? — кивнул на пацанов.
— Ученики мои, Ваше Величество, — с гордостью ответил я. — Будущие мастера Охтинские.
— Добро. Мастера нам нужны. Учи их, Смирнов.
