Он осуществил анальный половой акт, грубый и болезненный, во время которого всячески оскорблял и унижал женщину. Не вызывало сомнений, что потребность растоптать человеческое достоинство жертвы двигала преступником не в меньшей степени, чем похоть. Половой акт не продлился более 5—7 минут, что было единственным утешением для супругов Кристи в тот момент, но после него преступник пережил очередной приступ гнева.
Он привёл Даниеллу обратно в спальню и бросил её на кровать к Говарду, после чего, хрипя и шипя от бешенства, заявил, что не позволит себя одурачить.
Он сказал, что ему известно о наличии у супругов большой суммы наличных денег, и если они сейчас ему не отдадут, он снесёт голову их ребёнку.
Момент этот психологически оказался для Говарда и Даниеллы очень сложным. Проблема заключалась в том, что они действительно держали в доме 1,5 тыс.$ наличными, что по тем временам действительно являлось весьма немалой суммой. Сложно было понять, блефует ли преступник или ему действительно что-то известно об этих деньгах?
Говард Кристи решил не испытывать судьбу и сообщил неизвестному, где спрятаны деньги.
Они находились в кладовой возле гаража в другом конце дома. Неизвестный ушёл за деньгами и… более не вернулся.
Супруги не сразу поняли, что преступник исчез. Около 10 минут ушли у них на то, чтобы освободиться и сделать телефонный звонок в Департамент полиции Модесто.
Нападение на супругов Кристи (мы условно назовём его «эпизод №32» в общей хронологии нападений Гиены), относится к одному из самых плохо задокументированных.
В этом отношении оно весьма напоминает самую первую вылазку Гиены в Ранчо Кордова в июне 1976 г., когда возбудившие расследование детективы на 9 месяцев позабыли об отправленных на исследование в криминалистическую лабораторию уликах. Достаточно сказать, что первый патруль, принявший сообщение о нападении в доме Кристи, приехал на место и, узнав об отсутствии непосредственной угрозы жизни потерпевшим… уехал. Особая ирония судьбы заключается в том, что другой патруль в то же самое время находился всего в 200 м от дома Кристи по вполне заурядному вызову, но сообщение о преступлении в работу не принял, сообщив, что занят.
Разумеется, никто никаких кинологов к дому Кристи не направил и, в конечном итоге, никто ничего не нашёл, не увидел и к делу не приобщил. Впору было усомниться, да был ли насильник вообще?
Не было на месте преступления ни отпечатков пальцев, ни отпечатков ног, ни даже спермы насильника.
