Разные люди сообщали о совершенно разных подозрительных происшествиях, которые имели место в последние недели: то в районе появлялись какие-то странные представители общества защиты домашних животных, чей вид не внушал ни малейшего доверия, то по улицам медленно разъезжали совсем старые автомобили, водители которых непонятно что высматривали, то появлялась доставка мебели, которую никто не заказывал. Таких инцидентов произошло довольно много, одних только подозрительных автомашин местные жители запомнили с десяток.
Сам район Ла-Ривьера, на территории которого находится Таоламн-драйв, считался не очень благополучным — там было много арендного жилья, домовладения были небольшими и недорогими, помимо индивидуальной застройки были представлены и апартаменты. Всё это, разумеется, накладывало отпечаток и на социальную среду, которую можно было охарактеризовать как куда менее благополучную, чем в районе озера Линкольн в Стоктоне или большинстве мест нападений Гиены в первой половине 1977 г.
Произошедшее с Маргаритой Лопес и Харви Весткоттом загадало детективам Группы «Западня» массу загадок, да притом таких, что даже спустя десятилетия случившееся в ночь на 1 октября 1977 г. трактуется различными исследователями тех событий диаметрально противоположно. Хотя уже 2 октября газета «Сакраменто би» громогласно оповестила своих читателей о возвращении насильника из восточного района и весьма живо описала нападение в дуплексе, детективы, связанные с расследованием, надолго застряли над решением вопроса: на самом ли деле всё так однозначно? Честно говоря, нельзя не удивляться тому, что вылазка Гиены в Стоктоне не вызвала особых сомнений в том, что это именно его рук дело… А вот через три недели Группа «Западня» разделилась внутри самой себя.
Некоторые детективы вполне резонно указали на то, что ряд серьёзных соображений заставляют усомниться в том, что изнасилование Маргариты Лопес действительно совершил насильник из восточного Сакраменто.
Другими словами, у нас появился подражатель, говорили они, так что давайте отделять семена от плевел.
Из чего исходили в своих рассуждениях сторонники предположения о появлении имитатора (подражателя)? Если тезисно, то их аргументацию можно свести к следующему:
— Во всех известных нападениях Гиены, а их — минуточку! — к первой декаде 1977 г. насчитывалось уже 23, этот преступник всегда совершал нападения в частных домовладениях.
