Тем не менее, полностью подозрения с Пола Тэлбота были сняты только после того, как он предоставил образцы крови для судебно-медицинского исследования. По их результатам стало ясно, что подозреваемый является выделителем группового антигена, его группа и даже резус-фактор не совпали с тем, что имел насильник.
Таким образом, к началу ноября 1977 г. Группа «Западня» осталась без перспективных подозреваемых, зато огромным числом малоперспективных и… массой самых разных предположений относительного того, кого и как им надлежит ловить.
И самое главное — на воле оставался Гиена, что с неотвратимостью фатума сулило продолжение кошмара…
Отступление от сюжета (фрагмент I)
Итак, Гиена вернулся…
Или вернулся некто, очень на него похожий. В сентябре — октябре 1977 г. были совершены четыре нападения на женщин, находившихся в обществе мужчины, в манере, которая по общим своим чертам соответствовала присущему Гиене криминальному стереотипу. Т.е. преступник нападал в ночное время, ослеплял жертвы ручным фонариком, угрожал пистолетом, обездвиживал, используя обувные шнурки, и совершал изнасилования женщин.
К мужчинам при этом он сексуального интереса не демонстрировал и даже не допускал словесных оскорблений, в отличие от женщин, в отношении которых насильник слов не выбирал. Общий уровень физического насилия во время совершения посягательств оставался минимален."
"Вместе с тем, в осенних нападениях проявились такие поведенческие элементы, которые прежде Гиена не демонстрировал, что заставляло задуматься над тем, действительно ли все 4 эпизода связаны с ним? Не появился ли в восточном Сакраменто второй насильник?
Почему это важно? Казалось бы, какая разница, кому полиция припишет то или иное преступление — условному Гиене или столь же условному Шакалу? Однако это действительно важно, потому что если Гиену поймают и обвинят в совершении преступлений, к которым тот на самом деле непричастен, и он докажет собственное alibi, то его придётся отпустить… То же самое произойдёт и в случае задержания подражателя — тот представит доказательства непричастности к преступлениям настоящего серийного преступника и, опять-таки, выйдет на свободу, очищенный от подозрений.
Изнасилования в сентябре и октябре 1977 г. дали правоохранительным органам примеры очень странных поступков преступника, не наблюдавшихся ранее. Истолковывать их можно было по-разному, зачастую диаметрально противоположно, находя доводы как в пользу предположения о появлении имитатора, так и против.
