Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)

Правда, он рассчитана только на магического зверя со стихией тени. Но мало ли, вдруг пригодиться?

— Человек, — утробно прорычал Ардамун, который всё это время был поблизости. Он грозно смотрел на лес.

— Да, Ардамун. Я знаю, — и я посмотрел туда же.

Раздвигая ветви, в наше поле зрения вышло существо. Его покрывал густой теневой покров, в котором терялись очертания его фигуры. Глаза светились ярким белым светом. А с приоткрытого рта падала вязкая тёмная слюна.

Однако я смог его узнать. Несмотря на изменённую ману.

— Вот значит, как его Больное Величество «улучшает»? — я сжал в руках теневую ловушку.

И смотрел на вышедшего «зверя».

Проклятый. Напичканный какой-то дрянью.

Вблизи моё ощущение энергии работало гораздо сильнее. Я смог чуть протиснуться вниманием через теневой покров Уварова и ощутить его мана-ядра.

Они были вскрыты. Вывернуты наружу, высвобождая всю заключённую в них магическую силу.

Безумная. Могучая сила.

Она ставила его на ранг Мастера. Причём, высокого уровня.

В десятки, в сотни раз.

Эта техника была мне знакома — «Внутреннее Пламя».

Во многих мирах были маги, которые изобрели её или её подобие.

Её суть была в полном раскрытии своего магического потенциала, для последней битвы с врагом. За счёт сожжения мана-ядер. Когда у мага нет пути назад. И он смиряется с тем, что умрёт в ближайшие несколько дней.

Но при этом становится могущественнее, чем мог бы стать когда-либо. Как правило этого могущества хватает, чтобы маг отомстил своему заклятому врагу или забрал с собой в посмертие тех, кто загнал его в угол.

Но иногда эту технику применяли к пленным. Какой-нибудь король, получающий удовольствие от наблюдения за яркой схваткой. Велит своим придворным магам применить эту технику на пленном, а затем выкидывает его на арену. Против магических зверей, мага-гладиатора или такого же несчастного пленного.

Разумеется, сначала их обрабатывают. Чтобы они потеряли рассудок и бросались на первого увиденного.

Император… грёбаный ты ублюдок.

Даже если я не избавлюсь от него сейчас, то сделаю это, когда войду в свою полную силу. Будь он хоть энергетом, хоть кем.

Потому что такого дерьма я не прощаю. Слишком близкого человека я однажды потерял, когда одному взбаломошенному царьку захотелось устроить представление с одним из магов Зеркальной Башни.

Ванарий. Так его звали. Мой лучший друг.