Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)

Дедушка решил, что жизни Булатовых важнее, чем возня со мной. Он буквально заявил, что не поддержит мои претензии, пока отец не продвинет меня хотя бы на третье место в наследовании трона. А Владислав попытается использовать меня, — он усмехнулся. — Но на трон не посадит. Скорее разменяет в своей политической игре. Как фигуру в шахматах. Слона или пешку.

— Так? Я здесь причём?

— А ты приближённый к отцу! Он не просто так выдвинул тебя на передний план! Он точно введёт тебя в число своих советников. А это значит, что ты сможешь поддержать меня! Если я всё же стану хотя бы третьим наследником, то и дедушка рискнёт, чтобы вложиться в моё продвижение, и братья будут осторожнее!

— Риски вырастут многократно.

Они наоборот сделают всё, чтобы точно убрать тебя.

Марк засомневался. Но всего на мгновение. Затем выпалил:

— Плевать! Пусть! Если я умру, то какая разница⁈ Они задавят меня в любом случае, если я буду сидеть на месте! Но если я не попытаюсь взять своё, то буду растоптан и умру в безвестности.

А так — я хотя бы что-то сделаю. С тобой у меня шансов в разы больше, в любом случае. Ты — новая фигура! Ты не привязан ни к кому. Я всё про тебя выяснил! — его глаза блеснули. — Никому не служишь, никого не боишься. Именно поэтому отец хочет приблизить тебя, понимаешь? Ему нужен нейтральный, смелый взгляд! Такой, чтобы видеть сквозь фальш! Я хочу, чтобы этот взгляд увидел и мой потенциал! — он ударил себя в грудь.

— Слушай сюда, «потенциал», сначала ману свою покажи. До этого наш разговор не продолжится.

— Сдалась она тебе⁈ — раздражённо спросил он.

— Показывай, — неумолимо отчеканил я.

Он повёл головой в сторону и скрестил руки на груди. Поджал губы.

— Думаешь, тебе понравится то, что ты узнаешь?

— Дело не в том, что нравится, а что нет. Есть дело, его надо сделать. А для этого я должен знать всё, что возможно.

— Вот поэтому отец на тебе так и зациклился. Ты — упрямец, гений по созданию орудий смерти и бесстрашный до безумия, — он выставил руку в сторону и на его руке вспыхнула оранжеватая мана.

В ней то появлялись, то исчезали маленькие кристаллики.

Именно эта мана и вырвалась из его груди в форме сжатой в кулак руки.

Стихия кристалла. Но эфемерного. На самой грани между материальным и энергетическим. Что-то подсказывало, что мана Марка могла как уплотняться, так и превращаться в энергию за долю секунды.

Но как эта мана навредила ему же? Он бы не смог навредить себе с помощью своей же силы. Да и в этом не было смысла.