Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)

Мраморные колонны, чистое золото, знамёна Империи и герб рода Вознесенских, вывешенные на стенах.

Отдельным украшением служили гвардейцы. Несущие службу у дверей в позолоченных доспехах, с тяжёлыми красными плащами за спинами. На груди каждого красовался герб клана Вознесенских. А руки лежали на рукоятях магических мечей.

Выглядело очень дорого.

Но на деле было ещё дороже. Потому что всё это снаряжение совершенно не было бутафорией. Их переполняла мана. Так сильно, что вокруг каждого гвардейца посвечивалась аура от избыточной маны их вещей.

Причём у каждого гвардейца были артефакты конкретной стихии. У тех четверых, что дежурили прямо у входа, были: у одного стихия молнии, у другого огонь, ещё один со стихией металла и у последнего — двойная стихия тумана и воздуха.

Я с лёгкостью распознавал ману разных стихий. Потому что в этом мире они особо не отличались от того, что я знал по своей прошлой жизни в Перекрёстке Миров.

Кстати, о стихиях. Я сразу же спрятал в мана-ядрах стихию света и свёл к минимуму работу печати Велеса.

Мы прошли во дворец. И сразу же, на входе я ощутил касание чужой маны. Здесь были установлены артефакты распознавания. Чтобы даже комар не прошмыгнул внутрь без дозволения охраны.

Вовремя я подсуетился и спрятал свои стихии.

Хотя если эти артефакты распознавания достаточно хороши, то мои меры могут и не помочь.

Внутри дворца всё было совсем иначе. Гвардейцев ещё больше — они у каждого входа. Аристократов меньше. Но те, кого я видел и узнавал, были рангом не меньше глав графских кланов и их ближайших родных.

Среди знакомых лиц: Морозовы, Горицкие, Архатовы. Я заприметил по представителю каждого из этих кланов, пока шёл вслед за слугой в глубины дворца.

Роскошного. Как и всё здесь.

А в следующем зале был уже совершенно другой уровень гостей.

Родственники Императора: Владислав, его наследник Олег, ещё несколько молодых людей на него похожих. Видимо, братья. И знакомый мне Марк. Тот самый парень, с которым мы договаривались в метро Новосибирска. Тот самый, которого чуть не убило энергетической рукой, вырвавшейся из его груди.

Он стоял напряжённый, как струна. А когда я вошёл, занервничал ещё сильнее и поспешил отойти за спины родственников.

И если страшно, то почему?

Наш договор оставался в силе, несмотря ни на что.

Кроме императорских родственников здесь были ещё и князья. Белокрылов со своей очаровательной дочерью, Озёрский, пара десятков незнакомых и… Уваров. Тот самый паренёк, младший из детей князя Дмитрия — Василий.