Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)

Как у человека, собирающегося совершить самую большую ошибку в своей жизни…

Я стёр этому паршивцу память в нашу последнюю встречу. Только поэтому у него на морде сейчас буквально нарисовано самодовольство.

Он начал медленно. Но нарочито заметно, чтобы я видел, поднимать руку. С табличкой, на которой было написано:

Как демонстративно, Тим. В последний раз он был не таким засранцем.

— Красное Солнышко: Восход! — громко объявил я, на короткий момент притягивая взгляды собравшихся здесь людей.

А Тим оцепенел.

Его рука застыла. Глаза застыли. Рот приоткрылся, так ничего и не сказав. А в зелёных глазах вспыхнуло озарение. Готов поспорить на что угодно, что прямо сейчас он видел ими не аэропорт, людей и меня, а… свои воспоминания, в которых мы с ним заключаем договор. Видимо, даже из-под амнезии они вылезли.

«Красное Солнышко: Восход» — это пароль, который активирует в его разуме программу полного подчинения любым моим приказам. Без возможности уйти из-под моего контроля. И Тим это понимал.

Прямо сейчас.

А я сосредоточился, чтобы вычленить его подельников. Потому что просто так в аэропорту Тим бы не появился. Тем более с такой кричащей табличкой. Его цель была очевидна — я.

И скорее всего — убийство. Акция возмездия за то, что я сделал основной вклад в уничтожение «Тихого Дома». По крайней мере, такова будет публичная причина.

А на деле, его могли отправить те же Уваровы. Чтобы отомстить. Как второй осколок «Тихого Дома».

Хотя все допрошенные мною террористы, которых я захватил при их нападении на Покровских, уверяли что они — последний организованный осколок «Тихого Дома».

Застывший в изумлении Тим пришёл в себя.

Он взглянул на меня с ужасом. И отшатнулся, когда я быстрым широким шагом двинулся ему навстречу. А параллельно, насколько это было возможно, я изучал здание аэропорта на наличие любых источников магии. Но в первую очередь — нестабильных и аномальных.

Вверху. Прямо на железных балках, которые украшали потолок в виде зигзагов.

Но я не поднял взгляд, чтобы убедиться в этом.

Нельзя. Ни в коем случае.

Те, кто смотрят на меня прямо сейчас, не должны понять, что я их обнаружил. Иначе они начнут действовать. Быстро.

Потому что знают — второго шанса у них уже не будет. Не со мной.

Я малозаметным жестом велел Тиму избавиться от артефакта связи, который был в его ухе. Глазами указал туда, где он был.

Тим сообразил. И не мог сопротивляться приказу.

Быстрым, нервным движением он обесточил артефакт.