Изгой Проклятого Клана

— Это ты вселился в Григория тогда, на переговорах с Болотовыми! — он вспыхнул, готовый в любой момент испепелить Аккура.

Но нельзя!

Я полностью понимал его чувства!

Но Аккур ещё не рассказал нам всё.

— Пусть говорит, учитель, — остановил я Ратибора рукой. — Чем больше мы выясним, тем лучше.

Ратибор сжал челюсти.

Он не хотел меня слушать, это было очевидно. Его эмоции требовали уничтожить того, кто погубил столько его родных. Напрямую или косвенно.

Но Ратибор всё же послушал меня. Потому что понимал — так будет правильно.

— Ярослав пробудил меня от многолетнего сна… — начал Аккур. — Он пришёл сюда и достучался до моего спящего разума… Я пообещал ему служение, а он мне — свободу и питание. В качестве доказательства своей верности, я освободил его от всех Пактов. И тогда он пробудил меня.

— Сколько лет назад? — спросил Святослав, до этого стоявший в стороне за Ратибором, как тень.

— Ещё до Вашего рождения, господин, — ответил Аккур и его взгляд задержался на Святославе. — Точно я и не вспомню.

— Ты взял Григория под контроль! — рыкнул Ратибор. — Это ты чуть не убил меня в его теле!

— Всё, как хотел Ваш брат Ярослав, — мягко стелил Аккур. — Если бы он не захотел, я бы просто не взял контроль ни над Григорием, ни над Болотовыми.

— Подробнее! — потребовал я.

— Ярослав взял несколько капель моей крови и подмешал в вино, которое пили Болотовы на переговорах с Яровыми. Благодаря этому я смог ненадолго взять их под контроль и спровоцировать бойню… Пусть и потерял почти все силы, которые копил несколько месяцев.

— Зачем⁈ Зачем Ярослав это сделал⁈ — воскликнул Ратибор.

Хотя ответ был очевиден. Просто он не хотел его принимать.

Ярослав был одержим властью. И был готов ради неё на всё, в том числе на договор с Кукловодом.

Что и подтвердили слова Аккура:

— Ярослав хотел власти. И увидел в проваленных переговорах шанс её получить. Нужно было всего-то убрать Григория. Но, позвольте, я лучше покажу это?

— Показывай! — велел я.

Тени, стоящие за Аккуром, растворились и смешались воедино.

А потом из них появилась картина, в чёрно-белых цветах. Воспоминание из того дня…

Разбитый зал. Побоище. Везде трупы членов кланов Болотовых, Яровых и поломанная мебель.

И только четверо стояли живыми, посреди побоища: Ярослав, Григорий, Ратибор и отец Руслана — Артур Северский. Пусть у них были мелкие раны, а сами они были измотаны, но держались крепко.