Изгой Проклятого Клана. Том 2

— Да Вы ослышались, видать, спросонья, — нагло улыбнулась она. — Вот и мерещится всякое. Как ж это можно, называть САМОГО барина по имени⁈ — её слова сочились иронией.

— Мирослава, — я пристально смотрел на неё.

Услышав своё имя она резко смутилась.

Но ровно на миг.

А в следующий же спросила:

— Что ж Вы, барин, даже имя запомнили? Какая честь! — и отвесила глубокий театральный поклон. — Такая память у Вас! — она на что-то намекала?

— Прекращай, — строго велел я. — Лучше объясни, с какого перепугу рогатый бог захотел тебя взять в жёны и что это значило?

Но тут она нахмурилась.

— А что такое, барин? Ревнуете?

Кажется, кто-то начал капать мне на мозги.

Я мгновенно оказался прямо перед ней. Да так, что она отступила на полшага назад от неожиданности.

Хотя и была чуть-чуть выше.

Совсем чуть-чуть.

Я подшагнул ближе, ещё сильнее ощущая идущий от неё аромат цветов.

— У тебя ко мне какие-то вопросы, Мира? — я назвал её так, как Руслан называл её в детстве.

— Нет… никаких вопросов, — тихо заговорила она не отрывая от меня взгляда.

Её лицо чуть покраснело. А потом она гордо приподняла подбородок и, сверкнув глазами, с вызовом произнесла: — Разве что, как ж Вы так выросли, барин? Раньше-то были на полголовы ниже!

— Мира, я не шучу, — я полностью проигнорировал её детскую провокацию и подошёл совсем вплотную. А она уже не могла отойти, позади была только закрытая дверь. — Велес и всё, что с ним связано — это очень серьёзно.

Она захлопала глазами.

— Ничего я не знаю. Просто… он выбрал меня, среди остальных, — она призадумалась… и неожиданно хихикнула, прикрыв рот рукой.

— Сказал, что я как медведица. Ну… — она подняла на меня взор. — Я же выше и крупнее других девок. Вот и… ладно, не буду вас отвлекать. Всё что знала, я сказала.

— К чему ты задала тот вопрос: «Почему я спас тебя»?

Она поджала губы и отвернулась.

— Вы ж барин. Куда Вам рисковать жизнью ради девки какой-то? Самому Велесу вызов бросили. Хоть могли и уйти. Не рисковать собою. Глупо это, если меня спрашиваете, так подставляться.

— А отмахиваться от медведей горящей палкой — не глупо?

— Да дура я. Вот и всё.

Я взял её подбодорок пальцами и повернул глазами к себе.

— Храбрость — не бывает глупой. Поняла?

Её лицо окончательно залилось краской, а дыхание участилось.

— Поняла, — произнесла она.

— Или ты плохо знаешь меня? — я усмехнулся. — Никогда бы не подумал, что ты можешь заподозрить меня в том, что я тебя брошу.

— Ну… — она чуть улыбнулась.