Изгой Проклятого Клана. Том 2

— Он даже слышать ничего не хочет о том, чтобы управлять кланом. Воротит нос и морщится, словно капризный ребёнок! — он стукнул тростью по полу. — Хотя именно это — его долг!

Ратибор продолжал хранить невозмутимое молчание.

Отчасти я его даже понимал. Влезать в болото интриг и принимать тяжёлые решения — крайне неблагодарное дело.

— Но почему я? — я повернулся к Святославу. — Выдай её за члена одного из вассальных родов.

— Нет, — однозначно ответил Святослав. — Я не хочу, чтобы она вообще оставалась в клане. Но точно так же не хочу, чтобы она ушла в клан того, кому я не могу доверять.

А значит, вариант у меня только один — это ты.

Я вздохнул.

Елизавета Яровая?

Симпатичная. Но совершенно не в моём вкусе, если говорить о характере и отношении к людям. В первую очередь ко мне самому.

— Увы, Святослав. Я отказываюсь.

— Ну… я должен был попытаться. Теперь мне придётся отбиваться от предложений, которые посыпались на меня в последние дни, — его голос стал тише и печальнее. — Стервятники чувствуют слабость моего клана.

Давняя война с Болотовыми, смерть отца и братьев, интерес экзорцистов…

Он зарылся руками в свои волосы и сказал:

— Если я не проявлю силу, то вскоре князь Евгений просто даст отмашку на то, чтобы нас разорвали на куски. И среди первых стервятников будут его же вассалы! Тот же Дубровский, этот алчный лицедей, засыпал меня письмами с намёками на свадьбу с Лизой! У него точно хватит денег и на моё убийство, и на подкуп других родов, чтобы те признали его права.

Святослав поднял на меня подавленный взгляд и продолжил:

— Враги всюду, Руслан.

И я уже просто не представляю, что могу сделать, чтобы защитить свой клан. У меня нет ни силы Ратибора, ни твоей решимости идти до конца. А содержимого моей черепной коробки оказалось недостаточно, чтобы решить все эти проблемы. Поэтому, я прошу тебя понять меня…

Он замолк. Внимательно посмотрел на меня.

А затем два раза ударил по полу тростью.

Ратибор достал из кармана маленькую серую сферу. В ней тут же запульсировал свет, а во все стороны ударило несколько волн маны.

Так-так-так…

— Что это значит? — спросил я.

— Что теперь нас никто не услышит, — ответил Ратибор, ставя сферу на окно. — Всё, что стоило знать о нашей позиции людям князя, уже прозвучало. А то, что Святослав скажет дальше, не касается никого из них.

Я вопросительно посмотрел на Святослава. Но он и бровью не повёл. Его подавленность постепенно сменялась решимостью.

Он сказал:

— Руслан. Нас с тобой многое связывает.