Вокруг столпились люди. Ещё несколько полевых целителей были наготове, но не смели вмешиваться, чтобы не помешать старику Покровскому."
"А он лечил. Его лицо покрылось каплями пота. Веки затрепетали, готовые в любой момент закрыться. Он действовал на пределе сил.
Рана была серьёзнейшей.
А сам он не молод. И, наверняка, уже лечил кого-то сегодня.
Но старик Покровский не сдавался. До тех пор, пока рана более менее не затянулась, оставляя на груди Марка небольшое отверстие. Затем Покровский рухнул в обморок.
Вместо него тут же подбежали другие целители.
Один к самому Покровскому, чтобы поддержать его жизненной силой.
А другие, чтобы залатать до конца раны Марка. Который всё так же дрожал, пусть его жизни уже ничего и не угрожало. Он смотрел вперёд полными ужаса глазами.
Паренёк впервые познакомился со смертью. Причём, прямо за руку. Это было очень близко.
И через несколько секунд я услышал знакомый звон. Быстрое приближение тяжёлых шагов. Крик. Расступающиеся люди.
Я медленно повернулся ко входу в метро, где на меня бежал разъярённый Ренат.
Но стоило ему увидеть живого Марка, всё ещё на моих руках, как он замедлил бег.
— Убери руки! — прорычал он, направив на меня руку с одним из клинков.
Но тут же рядом показались гвардейцы Яровых, во главе с Ратибором. Они преградили Ренату путь ко мне, а сам Ратибор суровым тоном произнёс:
— Ты кто такой⁈ — он покрылся серебряным пламенем.
Ренат сжал челюсти. На его лице заходили желваки. Рассказывать о том, что он телохранитель загулявшего сюда принца Империи, он совсем не хотел.
— Всё в порядке, Ратибор. Это было недоразумение, — я повернулся к Марку. — Встать сможешь?
Он метнул в меня испуганный взгляд. Посмотрел несколько секунд, во время которых молчали все в этом зале. Но кивнул.
Я помог ему подняться.
— Идём, тебе надо полежать, — произнёс я и посмотрел на Ратибора, который всё ещё не пропускал Рената к нам. А тот и не рвался, ощущая, что в любой момент тут может начаться схватка. Тогда я сказал громче: — Ратибор, он друг.
Просто недоразумение. Идём, нам надо найти спокойное место. Желательно подальше отсюда.
Со стороны, из тени, за всем наблюдал напряжённый как натянутая струна Болтун. Он боялся. И даже все его навыки по самоконтролю, этого не меняли.
Он незаметной тенью двинулся за нами.
Марк отказывался принимать зелья или подпускать к себе хоть кого-то, кроме меня и Рената. Тот взял Марка под плечо и, бросая во все стороны бдительные взгляды, помог ему подняться наверх.
