Потому что в этот самый момент заработала настоящая печать, которая была скрыта под иллюзией Лилит. Печать, в которой прятался Урюк. Печать, которую мы с ним доработали, чтобы она давала мне частичную адаптацию к силе рода Саокока.
Благодаря этой же печати Саокок чувствовал во мне магию своего рода. Потому что она была буквально там, только в его сыне.
Я был, как бы, большой матрёшкой. Второй матрёшкой был Урюк. А третьей — печать его рода.
Конечно, потом придётся чиститься от этой маны, как минимум неделю. За которую не стоит попадаться на глаза экзорцистам.
Но сейчас это было меньшей из зол.
Я спокойно сжал рукоять топора и, наполняя свою руку маной, медленно приподнял его на глазах у всех демонов.
На их лицах показалось многое…
Удивление.
Любопытство.
Злость.
Зависть.
Усмешки.
Но никто не смел оспорить мою победу.
Даже Саокок, который сидел с удивительно спокойным, непроницаемым лицом.
— Моргана, — пророкотал он. — Я освобождаю тебя от служения мне.
Она хитро взглянула на него и промурлыкала:
— Благодарю, мой бывший хозяин… — её пухлые губки растянулись в улыбке.
Она рассмеялась, соскакивая с колена Саокока. Она уставилась на меня своими золотыми глазами и промолвила: — Раз я свободна, значит, под действие вашего договора не подпадаю, — её вертикальные зрачки чуть расширились. — Ну что, мой сладкий, с чего начнём? С нежного или с жёсткого? — и с усмешкой пошла на меня.
Золотые глаза вспыхнули силой Очарования.
Я ощутил, как мою голову обволакивает сладострастный туман.
Он закрыл собой все почти мысли. Почти все желания. Почти все цели.
Оставляя только одну — заполучить идущую на меня женщину.
Суккубу, которая была прекраснее всего на этом мире…
Ради неё можно было пойти на всё…
— На колени, раб! — властно произнесла она, и её голос молотом ударил по моей голове.
Впрочем… ничего нового.
Я сконцентрировался. Отпуская каждое из похотливых желаний, которое возникало в моей голове.
Отпускал безграничный свет её глаз.
Губы, в которые хотелось впиться.
Тело, которое так и просилось, чтобы ты им овладел.
Голос, который хотелось слушать бесконечно.
Всё это ушло, стоило мне вспомнить, кто я был, есть и буду.
Человеком свободной воли.
Человеком внутренней власти над собой и своей судьбой.
Человеком, который уже десятки раз сопротивлялся Очарованию суккуб. Даже более сильных, чем Моргана.
А ещё, имевшим первоклассную ментальную подготовку.
— А ты хороша, детка, — засмеялся я, смотря прямо ей в глаза.
