— Валентин Симонов, историк-лингвист Сибирского отделения Имперской академии наук, — он снял очки и принялся протирать линзу краем потёртого свитера. — Моя сфера исследований в данном проекте — перевод надписей, записанных на этих стенах. Язык похож на старославянский, но это не его чистая версия. Тем не менее, мне удалось перевести большую часть записей. И самое важное — прямо перед Вашим приходом.
— Много лишних слов.
— Простите, — он дыхнул на вторую линзу и неторопливо протёр и её. — Дело в том, что в записях главного зала, клан Навич упоминается как владельцы склепа.
Однако, источник силы для него принадлежал вовсе не им, — он напялил очки и посмотрел на меня. С подозрением. — А другому роду — Северским. Потому, становится чуть менее удивительно, что именно Вы смогли взять лабиринт под контроль.
Неприметно стоявший в тени Болтун резанул по мне взором. А гнусавый голос Валентина произнёс:
— Что Вы скрываете, господин Северский⁈
Глава 27
Я хмыкнул.
— Действительно, что я могу скрывать? Я — аристо.
В моих руках ответственность за секреты рода, который существует сотни лет.
— Не уводи в сторону, Руслан, — произнёс Болтун, сверкая глазами. — Мои люди и лучшие специалисты Сибири не смогли даже сдвинуть эту штуковину с места. А ты умудрился заставить её телепортироваться сюда из ледяного мира.
Тут же я усмехнулся.
— У меня талант к артефакторике, — а ещё многолетний опыт их создания и модификации, ещё в бытность Лордом. О чём знать никому здесь не стоит. — И ты о нём знаешь.
— Иди за мной, Руслан. Поговорим наедине, — Болтун с хмурым видом вышел в один из коридоров.
Надо? Поговорим.
Я присоединился к нему.
Как только мы отошли от компании, он сходу заявил:
— Я не собираюсь тебя ни в чём обвинять. Потому что знаю — ты на нашей стороне. Но если у твоего рода есть знания, как можно контролировать и, тем более, создавать подобные лабиринты, то Империя получит великий инструмент. Этот лабиринт способен преодолевать пространство между мирами. А тот, кто контролирует пространство — контролирует весь мир.
Болтун положил руку на стену и провёл подушечками пальцев по вырезанным в стене символам."
"А потом вновь обратился ко мне:
— Этот лабиринт может стать козырем Российской Империи. Лучшего времени, чем сейчас, для него может уже не настать. Понимаешь, о чём я? Все твои изобретения до этого: хлопушки, антимагические боеприпасы… это всё просто пыль, если мы потеряем доступ к Загранью.
Тут уголки его губ чуть приподнялись.
