Изгой Проклятого Клана. Том 6

Сейчас не время для её буйства и потери самоконтроля.

Сначала я разберусь.

— Подробности о происшествии. Как узнали. Кто убил. Когда произошло, — отчеканил я слово за слово.

— Мы… — Лёня прокашлялся и облизал пересохшие губы, — я вышел через портал. В закрытый подвал Вашей усадьбы. В Родной мир. В соответствии с протоколом, который мы с Вами составили. Через передатчик, — он приподнял передатчик сообщений в руке, — я связался с моими людьми в клане Яровых.

— Ты следил за ними? — я впился в него взглядом.

— Только с разрешения главы клана — Святослава! — поднял руки Лёня.

Я медленно кивнул ему.

Он выдохнул. И продолжил уже поувереннее:

— Убил… брат Императора — Владислав Вознесенский. Он вместе со своими людьми явился к Яровым и пытался заставить Святослава связаться с Вами, чтобы вы явились туда.

Тварь.

Гнилой плод.

Который я раздавлю первым же делом.

И плевать, что он сильный маг и при нём лучшие из лучших бойцы его тайного «крыла» имперских спецслужб. Я всё равно доберусь. Всё равно оторву ему руки.

Но тут я одного понять не мог.

Зачем?

— Ты сказал, что никто не видел момент убийства? — спросил я.

Лёня кивнул и указал на одного из своих шпионов, за своей спиной. Тот побледнел и вжал голову в шею. А как только я на него посмотрел, стал быстро кивать.

Значит, убийства никто не видел. Видели только тело, под которое могли замаскировать что угодно. Вплоть до куска мяса. Обычной иллюзией можно сделать правдоподобный труп. Тем более, что это видели какие-то слуги.

Сука… Владислав, какая же ты сука. Но хитёр. Вместо однозначного «убил/взял в заложники» он подвесил ситуацию в неопределённости, заставляя меня действовать. Хотя бы для того, чтобы узнать правду. Потому что игнорировать то, как издеваются и принижают МОИХ я не могу.

А Ратибор и Святослав ими.

Если я прямо сейчас отправлюсь туда, то попаду в ловушку. Это неизбежно. Владислав явно знал, что делал, когда устраивал эту акцию. Он знал, что я приду.

Значит, приготовился.

Как?

Вот этого я знать не мог. Но недооценивать его, кто знал про мою силу больше, чем подавляющее большинство других людей, было опрометчиво.

Значит я должен действовать так, как не действовал при нём никогда. Удивить противника.