— И в том, что ты с Антошкой-Гандошкой замутила? - вскидывает бровь, и глаза вспыхивают, там лютая злость и ненависть, а еще.. что-то темное, дикое...
Приподнимаюсь на кровати, упираю руку в спинку.
— Лежи! — шипит на меня Юсупов. - Без резких движений, а то опять отключишься...
Облизываю сухие губы и вновь поднимаю взгляд на Юсупова. Смотрю на своего мужа по-новому.
Замечаю то, что раньше не видела.
А что если у Игната задето самолюбие? Про какую измену он вещал? Про какой слив информации?
Прикусываю нижнюю губу.
. Что-то у меня в висках свербит. Какая-то мысль, которая меня не отпускает.
— Перед тем, как я потеряла сознание... Ты сказал, что.. я... что я изменила тебе, Игнат... что какую-то переписку читал.
Соболиные брови сводит сразу же на переносице.
— Хочешь со мной про это поговорить? Раскаялась? Ты хорошо мне отомстила, малышка, с толком, с расстановкой. Благодаря твоей шалости, я чуть все, что строил годами, не потерял.
Молодец, Юля. Уважаю. Немногие смогли такое провернуть и при этом в живых остаться.
Этот поток обрушивается на меня лавиной, и я вцепляюсь в свои виски и шепчу едва слышно:
— Что ты такое несешь?!
Уже примерно понимаю: то, что было между мной и Крымовым, и то, о чем говорит Игнат, — это совершенно разные вещи, но…
Юсупов не тот человек, который бросается такими обвинениями без доказательств. Раз говорит -
значит, уверен. Но я..я ведь знаю, как было на самом деле.
— Что за переписка? — вновь слетает вопрос с моих губ, и Игнат поднимается, в два шага приближается ко мне и сдергивает меня с кровати.
Я в его руках почти вишу и в глаза его янтарные гляжу, на дне зрачков будто пламя вспыхивает.
— Не играй со мной, Юля. Опасно. По грани ходишь. По самой опасной. Моей выдержки на сей раз может и не хватить. Я ее уже израсходовал за все прошлые годы. шейку твою длинную не свернул...
Улыбаюсь горько. Вижу его ненависть. Чувствую его желание и лютую неприязнь, а сама?
Сама испытываю что-то странное.
— Ты хитрая девочка, Юля. Не зря ведь в доме родителей с меня взяла слово о том, чтобы, как бы у нас ни завертелось, я через твоих близких тебя не доставал, не причинял им боли.
По мере того, как говорит, пальцы сжимаются на моих локтях. А я вспоминаю дом родителей... как мы с Игнатом приехали, как миллиардер вписался, как побратался с моим отцом, как они вместе в баньке парились, а я счастливая с мамой на кухне прибиралась.
— Такой мужчина.. дочка... за таким как за каменной стеной... сложно будет.. но оно того стоит.
