Основное из которых…
Пауза и хлесткое:
— У тебя нет доступа к трастовому фонду.
Чуть не спотыкаюсь на своих высоченных шпильках. Замираю и оборачиваюсь, Медленно. Как в замедленной пленке. Мне кажется, что я воздух вижу: кристаллы, которые рядом со мной, вспыхивают в ту самую секунду, когда я смотрю на Юсупова.
— Что… что ты такое говоришь? - голос дрожать начинает.
Игнат же совершенно равнодушно рассматривает меня. Сильная акула, привыкшая бороздить океан больших денег.
— Трастовый фонд был оформлен на имя Беляевой Юлии Михайловны, — спокойно выговаривает мой бывший муж и вальяжно поднимается из кресла, обходит стол и медленно приближается ко мне.
А я с силой заставляю себя стоять на месте и не отшатнуться.
Игнат останавливается, заслоняя своими огромными плечами весь мир, и выговаривает все также равнодушно.
— Ты не учла один важный фактор, дорогая моя. Документы. У тебя — а именно у некой"
"Моргуновой Юлии Константиновны - доступа к финансовым операциям трастового фонда нет.
Каждое его слово - выстрел в упор.
Сглатываю ком и чувствую, как у меня ноги подкашиваются.
— Хочешь сказать. - голос дрожит, а Игнат перебивает меня…
— Хочу сказать, что у вас, госпожа Моргунова, нет никаких прав на трастовый фонд.
Наклоняет голову и заглядывает в мои шокированные глаза, кажется, что хочет вскрыть мою черепную коробку и пробраться внутрь, усмехается, явно для себя что-то улавливая, и произносит, слегка растягивая слова:
— Подумай, дорогая моя бывшая жена.. Ты ведь с момента получения новой личности к деньгам не прикасалась, так?
Прищуриваюсь.
Силюсь вспомнить.
Я сняла деньги перед побегом, а потом... потом появилась новая я, и я забыла об этом фонде и обо всем, что связано с Юсуповым, как о страшном сне.
Мне казалось, что эти деньги грязные, казалось, что они стоили мне сердца и души, поэтому я забыла про них, а выходит. выходит, что, даже если бы захотела что-то оттуда снять, не смогла бы.
Игнат по моему лицу явно читает, что прав во всем.
— Ты мне сейчас заявила, что фирму откроешь, отожмешь сотрудников и вообще уведешь всю клиентскую базу.
Ты отважна, как самоубийца, но знаешь, что? Ценю прямолинейность. Ты первая, кто все выложил с ходу...
— Ты меня сейчас хвалишь?! — язвлю, у меня кулаки чешутся, но я сдерживаю свои порывы, понимаю, что есть грань, которую лучше не переходить.
— Просто говорю, что прямо сейчас ты обезопасила себя и лишилась серьезной головной боли.
Скажу так, не напрягайся.
