Я. Хочу. Тебя.

Ринат, хитрый старый лис, пообещал молчать в ответ на партнерство.

Еще и глаза прикрыл. В кресле развалился, поигрывая виски в бокале.

Будто думал. Прикидывал, как бы ситуацию с Асламовым разрулить!

А сам, старый черт, уже и контракты на партнерство накропал. И поставки будущие прикинул. И даже цены.

С час выеживался, причмокивая губами, а после мне это все и вывалил. Выдал прям как будто охренеть его вот осенило!

Типа, если после и разборки с Асламовым начнуться, то тот же и его с арены смести попытается. А так выходит, партнертсво у нас.

Задним числом документы подписать и весь расчет.

– Не торопись, – ухмыляюсь, вдавливая сигару прямо в дубовый стол. Красивый. Резбленный. Любит Ренат понты, ничего не скажешь. Прям эстет, на хрен!

В лихие девяностые тоже естетом был. Помню, как трупы штабелями укладывал. Как снег кровью пропитывался там, где Гудимов проходил. Танком пер, выгрызая себе место.

А теперь, конечно, эстет да. Базара ни разу нет.

Уважаемый человек.

Депутат.

Может, и мэром уже скоро станет.

Хотя ему и не обязательно. И без того всем в городе рулит. А из тени оно даже сподручнее.

Косюмы от известных брендов. И на белоснежных манжетах ни пылинки. Даром, что руки те по локотища в крови.

И о том, что он живым товаром торгует, вроде бы никто и не в курсе.

Ни хрена не так, как мы с братьями в « Энигме». Там у нас девушки добровольно с аукционов шли. Сами мечтали, чтобы их купил кто-то из элиты.

Роскошную жизнь, шмотье и цацки всякие, всеми дырками усердно готовы отрабатывать. Еще и приплачивали тем, кто помогает выходы на нас найти. Приплачивали, чтобы продаться подороже.

Не вопрос. У Гудимова, конечно, тоже шлюхи из тех, которые из шкуры вылезти готовы, чтобы сделать карьеру ртом, промежностью и задницей. Для того и губы же бабы надувают. Чтобы ими работать. И задницу накачивают, чтобы член на раз колом вставал.

Только больше половины его товара ни хрена даже не подозревают, что вывозят их вовсе не на работу, а мужиков обслуживать.

Потом доходит. Когда уже поздно.

Когда в море где-то или уже в закрытом клубе.

Откуда не сбежать и где никто не поможет. Наоборот.

Они  клиентам Гудимова, когда визжат, извиваются и истерично орут, только запал больше  добавляют. Тащатся эти ублюдки от такого. Чтоб насильно. Через слезы и вопли. Через понимание, что выхода другого нет.

Да он и сам, я слышал.