Я. Хочу. Тебя. (СИ)

А весь этот жуткий кошмар был сном…

Но руки, обхватившие меня стальной хваткой, оставляют слишком мало шансов на такое везение!

– Проснулась, – он резким броском переворачивает меня на спину.

Нависает своим огромным телом.

Заставляет съежиться под опасно сверкающими чернотой глазами.

– Моя сладкая беглянка, – бьет по всем рецепторам его хриплый голос.

– Теперь не сбежишь. Некуда тебе бежать…

В одно мгновение огромные руки сдергивают с меня простынь.

Тихо стону и почему-то впиваюсь руками в огромные, стальные плечи.

Одним толчком он раздвигает мои бедра. Просто распахивает. А то самое, что упиралось в ягодицы, грозя меня разорвать, теперь впечатывается прямо между ног!

– Больше не разводишь мокроту?

Большие чувственные губы кривятся в ухмылке.

Но взгляд пытливо впивается мне в глаза. Будто на крючок цепляет.

Крепко. Цепко. И даже кажется, что он всерьез что-то в самой глубине души высматривает. Прожигает насквозь. Достигает самого дна. Заставляя сердце пропустить удар, а после понестись быстрее.

– Хочешь мне что-то сказать?

Его стальная лапища проводит по щеке на удивление нежно.

Даже поражаюсь, что он способен прикасться… Вот так.

Кажется, его руки созданы только для того, чтобы крушить. Ломать. Убивать. Сдавливать горло, ломая шейные позвонки. Сдирать кожу.

Что мне сказать?

Я вспоминаю, как сбежала. Как умоляла его не трогать Костю. Пощадить. Оставить в живых.

Обещала прийти. Отработать жизнь того, кого совсем, оказывается, не знала.

И… Что там еще для полной картины?

Ах да.

И что теперь можно сказать?

Может, аннулировать просьбу оставить Костю в живых? Отмотать все назад?

Тогда, быть может, я могла бы еще повозмущаться. Или сбежать. Заявить ему, что он держит меня у себя незаконно! И что не имеет никакого права!

Я не кровожадная. Ни разу.

Но…

Черт возьми!

Тот момент, когда этот громила держал Костика за горло, теперь кажется мне поворотным! Потому что то, что натворил бывший парень, страшнее смерти! Этот Тарантул меня бы просто растерзал! А этот? Этот не растерзает?

– А может, ты по Гудимову вчера рыдала, м, беглянка, – его глаза начинают недобро сверкать молниями.

– Мечтаешь вернуться? К нему? Обратно? Мммммм?

Вот уж нет!

Единственный ответ, который могу дать четко.

И даю, отчаянно замотав головой!

Только не туда.