Я. Хочу. Тебя. (СИ)

Заставляет лишь ненасытно дергать бедрами ему навстречу. Яростно. Безумно. Одержимо.

Снова и снова выкрикивая его имя. Самое любимое имя на свете!

* * *   Я не помню, сколько их было, этих безумных бесконечных оргазмов.

Но Арман не отпускал. Брал меня снова и снова. Как дикий, совсем оголодавший зверь.

Не давал и минуты передышки.

Изливался в меня и тут же переворачивал. Вертел , как тряпичную куклу.

Брал меня сзади, прогнув в пояснице на максимум. Намотав на кулак мои волосы. С рычанием прикусывая и тут же зацеловывая каждый мой позвонок.

Насаживал на себя сверху, пронзая так глубоко, что с первого же толчка глаза закатывались. И я уже начинала биться в безудержном оргазме. А он обхватывал бедра и дергал меня на себя, что-то хрипло шепча и не выпуская из рта мой сосок.

Снова и снова оказывался сверху.

Брал меня жадно. Нежно. Долго и до безумия алчно и быстро. Вонзался рваными толчками и вдруг замирал, давая мне возможность ощутить на максимум эту заполненность.

Лаская неудержимо.

И каждый раз доводя за грань.

Пока я совсем не отключилась, обхватив его руками.

Прижала к себе так, как делал он.

– Арман!

Уже совсем темно.

А я вскакиваю на постели от оглушительных звуков.

– Мммммм? Еще? Я знал. Знал, что ты как раз по мне! Моя пара!

Даже не открывает глаз.

Только уверенной рукой отправляет меня обратно. К себе на грудь.

– Нееееет! Там… Там выстрелы!

– А? Уже начали?

– Что? Что начали?

– Черт, малыш.

Подхватывает меня на руки, заворачивая в простыню.

Выносит на огромный балкон, и я замираю. Совсем по-дурацки распахнув рот.

– Неужели? Это все… Для нас?

– Для тебя, любимая, – трется щекой о мою щеку. – Ты же хотела ее. Романтики!

А я никогда не видела таких фейерверков!

У нас в городе они были по праздникам. Но это ничто по сравнению с тем, что устроил Арман!

Эти яркие вспышки со всех сторон.

Ты будто тонешь в этих разноцветных вспышках. А они складываются в огромные цветы. В разнообразнейшие фигуры. Закрывают собой все небо над нашими головами!

Пока не складываются в мое лицо. С нереально огромными глазами.

« Люблю тебя, Ника!» - вспыхивает надпись.

И еще долго держится в небе, даже когда угасает последний огонек.