Я тебя (не) забуду (СИ)

Лера грустно вздохнула, сдержала слезы, но ответила, что поддерживает меня во всем, поэтому даже не будет пытаться меня отговорить. Я сама вправе решать, как мне жить.

Я начала потихоньку собирать вещи. Благо, больничный у меня продлен до конца недели. На работу выходить не нужно. Я нашла в интернете службу доставки, которая помогает при переездах. Мы обсудили даты выезда. Я в это время буду уже в Питере, квартиру носильщикам откроет мама. С ней у меня также состоялся непростой разговор. Про беременность говорить пока не стала, так как знала, чем это закончится.

Мама начнет убеждать, что я должна быть ближе к отцу ребенка, что нельзя их разлучать. Пыталась бы убедить меня, что одной мне будет тяжело. А я верила в свои силы. На крайний случай, найму профессиональную няню. Многие именно так и поступают. В финансовом плане я могу себе это позволить.

Я не стала надолго откладывать отъезд. Чем больше думаю о правильности принятого решения, тем больше начинаю сомневаться. Давать задний ход не хочу, тем более уже поговорила с Борисом Аркадьевичем.

Он был безумно рад, что я согласилась на перевод.

День отлета настал. Лера пообещала провести меня в аэропорт. Я с грустью осмотрела квартиру, заставленную коробками. Прощай, прошлое! Вперед, к светлому будущему! Я подняла с пола небольшую сумочку с вещами на первое время. Тяжести мне сейчас поднимать категорически нельзя! Вышла из квартиры, закрыла все замки, спустилась вниз. Выйдя из подъезда, замерла на месте, увидев на парковке два черных внедорожника. Один из них точно принадлежал Марку.

Это что такое? Не успела подумать об этом, как сильные руки подхватили меня. Тут же узнаю запах Вани. На автомате обхватываю его шею.

— Ты что творишь? — кричу я — А-ну, отпусти немедленно! Я тебя видеть не хочу! Отпусти, говорю!

— Алиса, Алиса, — слышу голос Леры, она высунулась из приоткрытого окна, — я не виновата. Это они все, демоны!

— А-ну, цыц! — рычит на нее Марк. Он подхватывает мою сумку и закидывает в машину Вани. Я пытаюсь брыкаться, но куда мне против горы мышц Вани.

— Да что происходит, вообще? — снова кричу я.

— Это похищение, — отвечает, наконец, Ваня, осторожно усаживает на пассажирское сидение, пристегивает ремнями. Обсыпаю его ударами по спине, груди, рукам, куда попаду. Он их как будто не чувствует. Резко поднимает голову. Я вжимаюсь в сидение. Он обхватывает ладонью мою шею, тянет на себя и впивается в мои губы поцелуем. Бабочки в животе пищат от радости и падают в обморок. Разум кричит от возмущения.